Бартлби и компания

Последняя сказка из подборки иллюстрирована Иваном Сергеевым. Только посмотрите на эти удивительные и как будто нетипичные (снова!) для детских книг изображения🪼

🌸 8 марта в «Бартлби»!

У нас появилась полка «Подписных изданий» — выбрали пять книг издательства, которыми хочется поделиться именно сегодня.

*⃣Сначала остановимся на трёх романах:

«Под маской, или Сила женщины» Луизы Мэй Олкотт — ломающее стереотипы произведение, которое писательница выпустила под мужским псевдонимом за два года до своих «Маленьких женщин»;

«Семейный лексикон» Наталии Гинзбург — о семье, свободе и надежде, не угасающей даже в самые тёмные времена;

«Запертая лестница» Лорри Мур — история взросления девушки, тонко вплетённая в исторический и политический контекст Америки после 11 сентября.

*⃣Следующая наша восьмимартовская новинка — киноведческое исследование, посвящённое одному из главных фильмов Андрея Кончаловского, — «История Аси Клячиной. (Не)повторимая».

*⃣И напоследок — небольшая сказка Вирджинии Вулф «Штора нянюшки Лагтон». Нетипичную для себя волшебную историю писательница создала во время работы над романом «Миссис Дэллоуэй».

«Планы на день: разрушить привычные смыслы и обрести новые»

Об ином киноопыте — и киноопыте иного — говорили недавно, настал черёд читательского. За экспериментальностью и мало на что похожем своеобразием можно обращаться, например, к «Эпохе провода и струны» Бена Маркуса.

О книге и её странном мире пишет Марк Шенетье, профессор американской литературы Орлеанского университета и переводчик:

…[книга] предстаёт как набор фиксированных таксономий, но постоянно меняет определения, смещает и перетекстуализирует их, действительно систематически «затуманивает» то, что раньше было «ясно». 

На седьмой странице начинается процесс обучения, и он не заканчивается до последней страницы, с чередой сомнений, провалов в памяти, повторов, трудностей с интеграцией, обработкой и размещением новой информации, усвоением перекрестных отсылок.

Не успеваем мы опомниться (впрочем, мы и не можем), как попадаем в этот совершенно новый старый мир и, если повезет, соглашаемся жить и воображать по его правилам, отдаваться музыке и свежести формулировок, которые больше не требуют от нас установления связей привычным способом, чтобы стать источником восторга.

«Эпоха провода и струны» предлагает настолько необычный опыт чтения, что побуждает выйти за рамки «естественных» читательских практик или вовсе от них отказаться.

Полный текст статьи — на сайте издательства @kongressw.

Как в кино показать невидимое? Выразить невыразимое? Погрузить зрителя в атмосферу сверхъестественного?

Было бы странно, если бы Пол Шредер в своей работе «Трансцендентальный стиль в кино. Одзу, Брессон, Дрейер» прямо отвечал на эти вопросы. Вместо этого он рассматривает общие для режиссёров приёмы и обходные пути, которые могут вывести зрителя за пределы привычного и зримого. О некоторых из них и конкретно о методе французского режиссёра Робера Брессона рассказываем в карточках.

В книге встречаются примеры не только из кино. Исследуя фильмы японского режиссёра Ясудзиро Одзу, Шредер обращается к дзенской живописи, а в случае с датчанином Карлом Теодором Дрейером обнаруживает связь между его работами и готическим искусством — этот фрагмент мы приводили в одном из предыдущих постов.

8 марта уже совсем скоро! Ко дню женской силы и солидарности мы подготовили для вас специальное предложение.

Сперва напомним о нашей недавней новинке от Ad Marginem — книге Вольфрама Айленбергера «Пламя свободы. Свет философии в темные времена». В ней автор создаёт своеобразную перекрёстную биографию четырёх мыслительниц — Симоны де Бовуар, Айн Рэнд, Симоны Вейль и Ханны Арендт.

А наш подарок такой: до 8 марта заказав это издание у нас, бонусом вы получите книгу одной из упомянутых героинь — «Вспоминая Уистена Хью Одена» Ханны Арендт.

Это небольшое эссе — портрет великого английского поэта двадцатого столетия. В стихотворениях Одена Арендт также находит отношение автора к «бессчётным глупостям века».