Пестрое и нелепое собрание, книги взятые во Францию. Бумажные книги вообще балласт, прихоть, барские забавы, фетишизм. Я решил брать большие романы - Литтелл, Уоллес, Джойс, Пепперштейн. Из восемнадцативечных захватил Сумарокова и Тредиаковского. Взял поэтические сборники поэтов Тимура Селиванова и Бориса Кутенкова. Вот и все, что взял из 18ти коробок своей библиотеки. Книги – обуза, дрянь, одно расстройство: никогда я не чувствовал себя настолько укорененным в жизни, чтобы сознательно собирать библиотеку, но она как-то собралась помимо воли моей, таскалась на горбу моем из города в город, чтобы теперь, ставши запретым в кладовке в моей квартире в Санкт-Петербурге архивом, мучать меня своей недоступностью.