Как это может выглядеть в терапии.

Вместо чётких воспоминаний мы начинаем видеть состояния, которые на первый взгляд не выглядят как флешбек.
Например: клиент внезапно «проваливается» в сильный стыд, хотя в текущей ситуации нет явной причины. Вдруг появляется ощущение беспомощности, как будто человек резко «уменьшился». Возникает телесная реакция, сжатие, холод, пустота, клиент говорит: «я не понимаю, что происходит, но мне очень плохо», усиливается самокритика или ощущение собственной дефективности.

Иногда это выглядит как тревожный эпизод, депрессивный аффект, активация схемы или даже как «сопротивление» терапии. Но если внимательно смотреть на динамику, можно заметить, что эти состояния: возникают резко, захватывают человека, слабо поддаются рациональному объяснению и связаны с травматическиским триггером.

По моему опыту, иногда мы имеем дело не просто с эмоцией, а с реактивацией травматической памяти, которая не оформлена в виде чёткого и понятного воспоминания/флешбека

Почему это легко пропустить.

Мы, как специалисты, часто ориентированы на «классические» признаки: есть ли образ, есть ли сцена, есть ли воспоминание. Я сама так учу студентов. И, если этого нет, мы скорее будем думать, что это просто аффект, это просто тревога, это про схемы. И в каком-то смысле это правда и это в целом правильно. Но лишь в каком-то смысле!

Проблема в том, что при КПТСР границы между эмоцией, телесной реакцией и воспоминанием становятся очень размытыми. И тогда симптом вторжения может выглядеть не как воспоминание какого-то события, а как «воспоминание состояния».

Отдельно важно про сны.

Я часто замечаю, что даже если на сессии мы не видим ярких симптомов вторжения, многие клиенты с КПТСР при этом описывают очень интенсивные, эмоционально насыщенные сны. И именно при КПТСР это обычно не такие буквальные, почти «повторяющие» травматическое событие сны, как мы часто видим при ПТСР. Скорее наоборот, они более метафоричные, но при этом очень тяжелые по переживанию. Это могут быть сны про преследование, сцены унижения или стыда, ситуации полной беспомощности. И часто в них нет конкретного события из прошлого, но есть очень болезненное узнаваемое состояние. Это и есть наше повторное переживание.
То есть сны не всегда воспроизводят реальные события буквально.
Чаще они отражают аффективное ядро травмы (страх, отвращение, беспомощность, возбуждение).

Склейка или искажение. Симптом вторжения как фантазия.

Это наблюдаю часто. Иногда симптомы вторжения при КПТСР могут выглядеть еще более запутанно, как будто «склеенными» или искаженными. В таких состояниях у человека часто нет ощущения, что он вспоминает что-то конкретное. Скорее возникает «каша» из разных фрагментов опыта, которые раньше не были связаны между собой.