СДВГ у Исаака Дунаевского? Как «бешеная энергия» покорила Советский Союз

Если присмотреться к биографии Исаака Дунаевского, его гениальность удивительно напоминает классический портрет человека с СДВГ.

Невероятная скорость мышления, вечная спешка, молниеносные переключения между проектами и полное отсутствие «стоп-крана» — именно это сделало его музыку символом эпохи.

Но особенно ярко его импульсивность и жажда новизны проявились в личной жизни: он постоянно находился в состоянии влюбленности и страдал от любви одновременно к двум, а иногда и к трем женщинам.

Современники не могли угнаться за Дунаевским. Он не ходил — он летал, не говорил — сыпал идеями. В Харькове он одновременно руководил театром, читал лекции, командовал армейской самодеятельностью и заведовал музыкальным отделом губобразования. Эта «бешеная энергия» мгновенно переливалась в его музыку — стремительные марши и песни, которые с первых тактов взлетают вверх и не дают слушателю перевести дыхание.

Список работ композитора: 12 оперетт, 4 балета, музыка к десяткам фильмов, сотни песен, и при этом он легко скакал из оперетты в джаз, из симфонии в кино.

Это классический «поиск дофамина» через новизну — он не мог засиживаться в одном жанре, ему нужно было постоянное обновление, иначе наступала смертельная скука.

Импульсивность Дунаевского граничила с безумством. Он одним из первых в СССР осмелился на джазовую программу «Джаз на повороте», а для композитора с консерваторским образованием это был чистый вызов системе. Позже в «Весёлых ребятах» он дерзко скрестил несовместимое: американский мюзикл с советской идеологией, и это решение могло стоить ему карьеры, но азарт взял верх над осторожностью.

Ту же импульсивность он переносил и на женщин. Первый брак случился, когда ему едва исполнилось 18, и быстро распался. В 1925 году он женился на Зинаиде Судейкиной, родился сын Евгений, но верность никогда не была его коньком. В 1943 году начался роман с Натальей Гаяриной, затем более чем годовая связь с актрисой Лидией Смирновой — он сделал ей предложение, но получил отказ и тут же прервал все отношения.

Самой главной любовью стала балерина Зоя Пашкова, которая была младше него на 20 лет. Увидев её на сцене, он мгновенно отправил записку: «Вы, как солнышко, освещаете всю сцену». В этом гражданском браке родился сын Максим, и именно появление ребёнка сделало ситуацию невыносимой. Дунаевский буквально разрывался между официальной женой и молодой любовницей, и его письма той эпохи — это крик человека с нерегулируемой эмоциональной системой.

Зинаиде он признавался: «Я не могу принять новой любви с той радостной удовлетворенностью... Никакая сила новой страсти не в состоянии отвратить мои чувства от тебя… И я чувствую себя глубоко несчастным человеком». В другом письме добавлял: «Выдержу ли собственные терзания? Хватит ли сил?.. Безволен я и слаб». Он осознавал свою слабость, но ничего не мог с собой поделать — жажда новых эмоций каждый раз перевешивала чувство вины.

Жизнерадостные песни стали не просто творчеством, а билетом на выживание в сталинской системе, способом превращать внутренний хаос во внешний оптимизм. В конце концов он ушёл от жены, оставив ей всё имущество, и выхлопотал для себя и Пашковой квартиру в композиторском кооперативе и дачу в Снегирях, но насладиться новой жизнью не успел.

В 1955 году он скоропостижно скончался от сердечного приступа — сердце, которое столько лет билось в бешеном ритме любви и творчества, просто не выдержало.

Был ли у него официальный диагноз СДВГ? История умалчивает. Но его жизнь — идеальный учебник того, как особенности нервной системы, если направить их в творчество, могут создавать величайшее искусство, но одновременно превращать личную жизнь в бесконечный хаос.