вера богданова, сезон отравленных плодов

коротко:

про девяностые, патриархат и расизм.
только про патриархат говорит женщина, которой знакомо домашнее насилие,
а про расизм — русская писательница, для которой это ещё один способ рассказать о русских же геро:инях.

(ну а про девяностые пишет москвичка из т. н. хорошей московской семьи.)

подробно:

блин, какие-то лисьи броды 2.0 получились! опять рецензии в экстазе, лента в экстазе, у меня же с каждой прочитанной строчкой всё больше вопросiков, а по итогам хочется книжный клуб чисто чтобы часик помандеть чем текст не зашёл.

и как и в лисьих бродах сюжет зацепил, на середине бросить было ну никак нельзя. пришлось терпеть! а вы теперь терпите мандёж, ну или листайте дальше, не открывая спойлер :)

самое главное, от чего у меня сгорела жопа — это бытовой расизм при нуле, зеро, полном отсутствии минимальной рефлексии.

у авторки задумка — показать взросление в девяностые-двухтысячные на фоне терактов и страха.

как она это показывает?
ну, некие террористы что-то взрывают, все боятся ездить в метро и «лиц кавказской национальности». от страха избивают «ч***к».

токо книжка вышла немножечко так 31 мая 2022го. упомянуть беслан чисто как захват заложников? написать про норд-ост только то что страшно было бы там оказаться? серьёзно?

курска при этом нет, то ли потому что он московских детей не пугал (хотя для многих моих знакомых про градусу ужаса это стало сравнимым с терактами переживанием), то ли потому что про него писать без контекста совсем не получится.

также думаю, что если ты современн:ая русск:ая писатель:ница, то рассыпать по тексту слюры, которые русские придумали для нерусских, ты можешь в одном случае: если в тексте хоть как-то этот русский расизм рефлексируется**. нет, «всем и так понятно что это ненормально» не работает, оно вообще никогда не работает, это утешалка совести народа (или класса) гегемона, не хотящего заглядывать в тот ад который от сотворил.

если какой-то пиздец нормализован сильными, то просто показывать его глазами сильных, никак называя пиздецом — будет фильм брат. про который можно сколько угодно рассуждать что именно задумывал балабанов, но который сработал на пиздец.
(а тут и художественному уровню до брата как до луны пешком)

дальше по мелочи:

— в героинь и героев я в итоге не поверила, потому что они либо шаблонные, либо неубедительные

— много секса ради секса

— квирной линии тоже не поверила

— однажды писатель:ницы и режиссёр:ки перестали использовать постоянно выпадающий аркан «смерть» как зловещее предзнаменование, и у них отвалилась жопа

что понравилось:

— живые истории. хз как так вышло, что люди по шаблону, а в истории я верю

— всё про российскую версию патриархата и про бытвовое насилие

итог:

хз, как оценивать.
видимо, теперь перед чтением русскоязычного реализма буду смотреть не только на гендер, но и на биографию авторки.

*писала этот кусок на середине к книге, к концу пришла к выводу, что это не баг, а фича, см. мои посты про москвоцентричность.
думаю, это банальная колониальность мышления, потому что нахера рефлексировать про расизм и чеченские войны, когда ты можешь себе позволить этого не делать.

ещё поняла, что в лице богдановой я злюсь на вообще всех «деятелей культуры», которые вместо того чтобы отвечать на вопрос «как полномасштабное вторжение стало возможным и какую роль в этом сыграли та самая культура с её повседневными расизмом и имперскостью» продолжают жить ту же жизнь, к которой просто добавилось ещё больше ужаса от твоего государства — ну так не привыкать.
разве что посты типа вот этого больше не пишут, совсем неприлично всё-таки. и слово русскоязычный выучили.

**в послесловии и в нескольких интервью авторка рассказывает про то как сложно пришлось друзьям детства, чьи родители приехали с кавказа, но на мой вкус от этого только хуже, потому что только подчёркивает то что я называю фичей