ㅤ dark or light event от капитана.
ㅤㅤㅤ⎯⎯ㅤㅤ﹝ 𝕻 ﹞ㅤㅤ⎯⎯
один выстрел. простая, мать её, траектория. ствол прямо перед носом.
каким образом я прозевал этот момент? где была моя хвалёная реакция? потерял бдительность? хлопал глазами, пока этот суицидальный дебил лез под пули?
хлопал. но он жив.
сидит прямо здесь, как старая тряпичная кукла, опираясь спиной к стене какой-то сырой подсобки.
— сиди ровно и не дёргайся, я сказал, — голос соскакивает на сиплый, сорванный рык.
я дёргаю рулон бинта, затягивая узел с такой силой, что пальцы сводит судорогой. в глазах темнеет от накрывающей усталости, но мозг навязчиво, по секундам крутит один и тот же кадр. раз за разом.
проебал.
я проебал элементарный уход с линии огня. позволил какому-то уроду ранить дазая, да так, что он едва мог сделать вдох. ранен нехило, но живой.
— чего лыбишься? — я резко вскидываю голову, пытаясь сфокусировать на нём мутный взгляд. — смешно тебе? я знаю, что я идиот. заткнись. заткнись и не говори ни слова, иначе отпизжу.
пальцы дрожаще и неуклюже возятся с бинтами. кровь с ладоней впитывается в серую потрёпанную марлю.
опять ты, сука, не уследил. опять подставил. у тебя один единственный грёбаный напарник, блядь, ты даже его закрыть не способен.
я стискиваю челюсти — достаточно сильно, чтобы зубы начали скрежетать.
«еблан», — ядовито отзываюсь у себя в голове, но не говорю вслух.
его рука кажется странно лёгкой.
неровный выдох, осторожный. будто у самой груди опасно блестят острие пики.
я снова медленно поднимаю взгляд на дазая. его чёлка падает на глаза — их не видно.
— иногда меня посещают мысли о том, насколько твоя задница живучая.
руки перевязаны. я откладываю рулон бинтов. криво, измученно улыбаюсь, глядя на напарника сверху вниз.
— даже несправедливо, а? но ты не волнуйся, дазай. однажды я прикончу тебя своими собственными руками, как и было обещано. я же вытащил тебя.
в ответ он молчит. я цокаю языком.
— снова заткнулся? опять скажешь, что умрёшь сам? да пошёл ты.
ладно, хуй с тобой.
я оглядываюсь вокруг, но затем качаю головой.
напряжение боя окончательно спало, дыхание постепенно выравнивается — и тут меня накрывает с головой. коктейль из дикой, свинцовой усталости и опустошённости.
в ушах резко звенит от того, насколько внезапно это произошло. я ругаюсь матом — звук отзывается эхом в пустом помещении.
— слышь, дазай, — в ответ тишина. — не хочу в штаб. работа окончена, мы идём в бар.
пискающий, оглушительный звон сменяется глубокой пульсацией в висках.
— вставай.
и он встал. я бросаю на него тяжёлый взгляд, прежде чем повернуться и проложить путь к ближайшему бару.
сырость стен сменяется деревянной мебелью. ненавязчивый джаз, пустые столики. мы занимаем один из дальних, дазай усаживается у тени.
— два виски со льдом, — я безэмоционально бросаю молчаливому бармену заказ, отчего он с некой печалью смотрит на меня, но не говорит ни слова.
я не смотрю на дазая.
запускаю ладонь в порванной перчатке в свои волосы, уставше зачёсывая назад.
первым хватаю стакан я, жадно делая глоток алкоголя, отчего дазай затуманенно ухмыляется. чёртов болван, не смейся. я проглочу всю эту дрянь.
— фу, блядь, — я вытираю рот одним резким движением тыльной стороны ладони. голос становится хриплее. я его едва узнаю.
да какая разница?... это гораздо лучше, чем пиздовать в штаб сразу после выполнения миссии.
не думай ни о чём.
ведь ты же успел.
— вино лучше, — бормоча отзываюсь я, и чувствую, как уже опьянел. пульсация утихает — или усиливается.
я не уверен.
не уверен, что дазай что-то мне отвечает. его голос заглушается. будто звучит из воды.
затуманивается. его голос, мой разум.
пытаюсь что-то съязвить в ответ, но язык заплетается. уже чувствую, как скумбрия подкалывает меня за «пьяницу».
— ну и хрен с тобой... дай поспать....
и я со слабой, пьяной улыбкой валюсь на плечо дазая...
...и утыкаюсь щекой в сухую, холодную спинку пустого деревянного стула.