Лёня выглядит обиженным.

Это попытка интерпретировать реакцию Лёни, антропоморфизируя его.
Язык тела Лёни указывает на обиду, он не контактен, отвернулся, ворчит.
Люди тоже не всегда (далеко не всегда) реагируют телесно в соответствии с переживаемым чувством. Например, смеются, говоря о чем то пугающем и сложном или чертовски грустном. Поэтому вместо сиюминутных интерпретаций требуется прояснение.

Лёня не способен испытывать обиду в человеческом понимании. Это реакция на стресс, страх или попытка избежать негативных последствий. Например, в данном случае достоверно неизвестно, стрессует ли (тревожится) Лёня из-за конкуренции за внимание хозяйки с большим шоколадным яйцом, пугается или что-то еще.

Можно было бы сказать, что Лёня вышел из слияния с хозяйкой и какие-то его потребности оказались фрустрированы относительно прежней позиции. Если бы Лёня был способен к рефлексии, он мог бы помыслить о своих потребностях и способах их удовлетворения вне слияния. А также заметить вкусняшку, которая ему полагалась.

Сложное переживание, которое часто называют обидой, возникает как реакция на разрыв ожиданий в близких отношениях. Оно объединяет противоречивые эмоции — от гнева до чувства утраты, — формируя внутренний конфликт.
В терапии такие состояния часто связаны с незавершёнными сепарационными процессами.

Обида возникает, когда человек воспринимает себя жертвой несправедливости, маскируя истинные эмоции — боль, разочарование, страх — под гневом или молчанием. Вместо проживания чувств люди часто обвиняют других или внешние обстоятельства, создавая иллюзию контроля.

Интересно, что в других языках нет прямого аналога этому понятию — вместо него используются термины, связанные с болью, стыдом или нарушением социальных норм, что подчеркивает специфику русскоязычного восприятия.

Отсутствие отдельного подобного понятия, во многих культурах, упрощает распознавание конкретных эмоций. Например, люди не говорят «я обижен», а говорят: «я зол/грущу/боюсь…».
Работа с обидой начинается с её признания.

#обида