🎻А вот в эпоху барокко смерть приходила с музыкой. Как на трех картинах Франца Франкена Младшего, объединенных общим аллегорическим решением сюжета о бренности.
Здесь смерть со скрипкой (в позднем варианте с мандолиной) является к ростовщику, который чахнет над своими богатствами — их можно внимательно рассмотреть, художник был мастером кабинетной живописи и все подробно нам изобразил. Это и пышный костюм скряги, и золотые монеты на его столе, и ломящийся от драгоценностей кабинет в варианте с измененным композиционным решением — инверсией. Однако с какой стороны не посмотри — везде один и тот же исход. Мементо море.
❗️Судя по смысловым элементам, наполняющим картину, — автор явно цитирует какой-то религиозный текст, повествующий о бренности, учитывая что в натюрмортах ванитас часто изображали листки с номером конкретного псалма или открытую на нужной странице Псалтирь. Это может быть даже 48 псалом, в котором сказано:
«Каждый видит, что и мудрые умирают, равно как и невежды и бессмысленные погибают и оставляют имущество своё другим. В мыслях у них, что домы их вечны и что жилища их в род и род, и земли свои они называют своими именами».
👁️ Очень интересно зеркало «рыбий глаз», частая деталь в живописи Северного Возрождения, перекочевавшая по в ей видимости и в эпоху барокко. Что такое земная жизнь — лишь иллюзия, искажённое и мимолётное отражение, а истинная реальность наступает лишь перед лицом вечности. Готов ли к ней ростовщик? Бренность здесь подкреплена и песочными часами, на которые наступает скелет, и пустыми сосудами на полках, что тоже отсылает к «наполовину полному ремеру» в натюрмортах фламандцев. А если учесть, что сосуды медицинские или даже алхимические — это и капитуляция медицинских усилий перед вечностью и отражение тщетной попытки перехитрить смерть.
Сцена второго плана — для тех кто не понял или плохо читал Псалтирь — пляски смерти не избежит ни старый, ни молодой, ни франт, ни нищий в отрепьях. Кстати, у более раннего Ганса Гольбейна есть целая книга с различными сценами сопровождения смертью человека — это и пирушки короля, и куртуазные влюбленные, и работники в поле, и ростовщик, конечно …
📌Франкен похоже намеренно использует прием «картины в картине» и сквозную перспективу, чтобы показать цикличность стяжательства и неизбежность расплаты за пошло проведенную жизнь.
Картины на стенах — художник
следует своей излюбленной манере, превращая комнату ростовщика в метафорический «кабинет» человеческих страстей. Картины могут быть копиями известных полотен. И на стене в кабинете скупца это вероятно мифологический сюжет на фоне пейзажа, а в глубине, в пространстве инверсии, над каминной полкой — какой-то библейский.
На то как хорошо и сладко жил богач свидетельствует еще одна деталь — герой пальцем указует на свою искалеченную подагрой ногу, которую держит на специальной банкетке. Для XVII века подагра — не просто болезнь, а аллегория. Тогда подагру называли «болезнью королей», так как считалось, что этот недуг, вызывающий острейшие боли в суставах, развивается у чревоугодников из-за чрезмерного употребления жирного мяса и алкоголя на фоне праздного образа жизни. Подагрическая нога на подушке — это разоблачение грехов скряги: он не просто копил деньги, но и предавался обжорству и лени. Короче, целая энциклопедия грехов. Если сравнивать все варианты этого сюжета, можно и диссертацию написать. В исследованиях Урсулы Хартинг, например, зафиксировано как минимум 9 авторских версий картины, а также десятки более поздних гравюр и копий.
И хотя общая композиция с богачом за столом и смертью с музыкальным инструментом оставалась неизменной, в деталях они заметно различаются. Это касается и материала основы (дерево или медь), и сцены на заднем плане с молодым человеком (пляска или оставление имущества), замена зеркала рыбий глаз на пейзаж в медальоне. И общая детализация, касающаяся кошельков, монет, предметов интерьера. Видимо и желание заказчиков учитывалось.
Статья об этом ——• здесь
🔎📖 Арт|Библия