База Милейского либертада - это идея свободного рынка. Снижаем госрегулирование, открываем импорт, убираем преграды, которые мешают свободной торговле. Рыночек все сам порешает, из-за конкуренции все подешевеет, инвесторы завалят страну деньгами, да и трусы наконец-то купим нормальные в Юникло. Звучит вроде неплохо, но давайте разберемся, все ли так кучеряво с этой идеей, которую нам продают уже 3 года.
Идея свободного рынка - это одна из самых старых, многократно дискредитированных кризисами, экономических теорий, которая распространилась в XIX веке. Дело было так.
Став независимой, Аргентина оказалась в мире, которым правила Великобритания. В XIX веке она занимала 25% мировой торговли и промышленного производства. Для сравнения, все доминирование Китая сейчас - это только 15%. Также у британцев был самый большой торговый флот, колонии и базы по всему миру. Именно поэтому они, кстати, отжали Мальвины в 1833 году - чтобы иметь базу на пути к мысу Горн и торговать с западом Америки, поскольку Панамского канала еще не было.
Британия раньше всех построила свое производство на жестком протекционизме. А чтобы сбывать товары и дешево получать сырье для их производства, предложила другим странам модную концепцию свободного рынка. Так Аргентина, только получив независимость, де факто стала торговой колонией Великобритании.
Британцы вывозили из Аргентины шерсть, зерно, мясо, кожи и другое сырье. А взамен ввозили товары, например ткани и одежду, произведенную из аргентинской шерсти. Таким образом, они сначала давали деньги за сырье, а затем забирали их обратно через товары с высокой добавленной стоимостью. Похоже на то, как сейчас из страны вывозят литий, а ввозят электромобили на батареях из этого же лития.
Британцы держали логистику - использовали свой флот, а внутри страны построили железные дороги, которые вели с разных сторон в Байрес, буквально высасывая ресурсы в море. Также у них было большинство банков, кредитных и страховых организаций. То есть полный фарш - машина по выкачиванию денег из типа независимой страны.
Проблема была в том, что такое положение вещей закрепляло Аргентину в статусе сырьевого придатка. Землевладельцы и бизнесмены получали сверхприбыли и тратили их на роскошную жизнь вместо того, чтобы проводить индустриализацию. Обилие жирной архитектуры в центре Кабы - это памятник расточительству, когда страна за 70 лет просто прожрала ресурсы и ничего не создала.
Люди думали, что такая дулсе вида будет вечно, но в 1930-х случилась Великая Депрессия, когда концепция свободной торговли рухнула во всем мире за несколько лет.
В США и Европе начался экономический кризис с падением банков, предприятий и доходов населения. Его не смогли быстро погасить опять же из-за суеверий о том, что нельзя регулировать рынки и проблем с золотым стандартом, который не давал странам напечатать больше денег, чтобы прекратить банковскую панику.
Цены на сырье сначала существенно упали, а затем развитые страны начали закрывать рынки. Британия вообще ввела заградительные пошлины для всех, кроме собственных колоний. Аргентинское сырье не просто стало стоить копейки, оно стало никому не нужно и стране пришлось вымаливать у Британии квоты в обмен на бóльшую экономическую зависимость.
Обидно, что в Аргентине в одночасье развалилась не только экономика, но и демократия. После 40 лет скрытой автократии Роки, страна стала намного более демократической при президенте Иригошене, но его свергли в 30-х, начав путь к 50-летнему периоду бесконечных хунт и нестабильности.
Страна включила протекционизм и вернулась к свободному рынку только в 70-х во время Виделы. Тогда было очень похоже на Милея: искусственно крепкий песо, падение производства, спекуляции на рынке под высокий процент, иллюзия стабильности, которая привела к девальвации, банковскому и долговому кризису, не говоря уже про репрессии и войну.
Еще один заход на свободный рынок был при Менеме в 90-х с жесткой привязкой песо к доллару, деиндустриализацией, приватизацией и ростом госдолга. Закончился знаменитым 2001 годом с заморозкой вкладов, крупнейшим дефолтом, 2х-кратным ростом бедности и уличными боями в Микроцентро.
Дальше - Макри с отменой валютного контроля как у Милея, но более плавным сокращением бюджетного дефицита и либерализацией. В итоге - девальвация на 100% за несколько месяцев, крупнейший долг МВФ, бегство капитала и полный провал.
То есть ни одна попытка экономики свободного рынка в Аргентине не закончилась успехом. Сейчас мы наступаем на грабли уже в 5 раз. А изначально эта теория была инструментом использования бывших колоний в качестве сырьевых придатков, чтобы продавать им товары и тормозить промышленное развитие.
Свободный рынок хорошо работает между равноценно развитыми экономиками. Например, создавать Airbus всей Европой с помощью огромного числа подрядчиков в странах с открытыми границами выгодно всем. Но когда экономики на разных уровнях, это создает зависимости и риски.
Сейчас мы видим похожую картину. Незащищенное аргентинское производство летит в пропасть, теряя компании и рабочие места. Аргумент про плохое качество местных товаров не означает, что лучше будет разрушить все производство. Это основа, которую дальше можно развивать. Это цепочки поставок, выстраивавшиеся десятилетиями и которые придется создавать заново.
Замена всего импортом и переход исключительно к продаже сырья (сейчас это главный драйвер роста) увеличивает зависимость от мировых цен и нагнет местную экономику при следующем мировом кризисе.
Можно было бы так жить, если бы Аргентина была маленькой страной со сверхдоходами, вроде Эмиратов. Можно было бы продавать нефть, жрать импорт, ничего не строить, ввозить рабочих из бедных стран.
Но Аргентина - не Саудовская Аравия как по масштабу, так и по огромному количеству хронических экономических и социальных проблем. Она очень неустойчива и зависима. Но даже саудиты не транжирят так тупо свои богатства, а диверсифицируют экономику, вкладывая в производство, сферу услуг и другие отрасли, которые дают рабочие места, добавленную стоимость и инвестиции.
Нам кажется, что Аргентина стабилизируется, но свободный рынок, ориентация на сырье и разрушение производств копают огромную яму, которую мы не видим, но которая ведет страну к большей нестабильности.
В следующем посте разберем почему у Аргентины не получилось построить конкурентоспособное производство, как это сделали похожие страны и как могло было быть здесь.
@argentining