Австралийская⁠ пресса сообщает о проблемах, возникших у компании Tigers Realm из-за работы в России. В апреле министерство иностранных дел и торговли Австралии вынесло фирме предупреждение о возможном нарушении режима санкций.

Созданная в 2010 году компания торгуется на Австралийской фондовой бирже (ASX) и занимается добычей угля на Чукотке, который продает на азиатских рынках. Изначально Tigers Realm имела активы также в Колумбии, Индонезии и Испании, но к 2019 году сочла проекты в российской Арктике наиболее экономически жизнеспособными. При этом главный операционный директор фирмы Питер Балка в 2016 году объяснял журналистам: «Мы де-факто российская компания. Листинг в Австралии нам нужен, потому что там традиционно большой интерес инвесторов к угольной промышленности».

Теперь Tigers Realm рассматривает варианты приватизации и делистинга с биржи. Еще один вариант — запросить в австралийском МИДе официальное разрешение на работу несмотря на санкции. Австралийские и украинские активисты уже обратились к властям с петицией такое разрешение не выдавать. Уголь входит в число российских товаров, на ввоз и вывоз которых Австралия ввела санкции. При этом 7,93% в Tiger Realms принадлежат фирме RDIF Investment Management LLC. Связана ли она с Российским фондом прямых инвестиций (РФПИ, английская аббревиатура RDIF), принадлежащим Правительству РФ, достоверно неизвестно. Но и РФПИ, и его гендиректор Кирилл Дмитриев находятся в Австралии под санкциями.

Однако в австралийском законодательстве в отличие от американского, британского и европейского отсутствуют четкие указания, кто именно считается владельцем или контролирующим лицом юридического лица для определения необходимости санкций. Иными словами, нет пресловутого «правила 50%».

Возможно, на каком-то этапе такая неоднозначность санкционных правил в ряде стран глобального Запада могла выглядеть привлекательно как способ продолжения «бизнеса как обычно». Но в ситуации, когда naming & shaming «токсичного» бизнеса в России и из России стал практически перманентным, отсутствие четких критериев оставляет и инвесторов, и их российских партнеров в подвешенном состоянии. Разбирательство конкретных случаев наверняка будет проходить под сильным влиянием общественного мнения, тоже отнюдь не комплиментарного ко всему, что связано с Россией.

Сама ситуация, когда бизнес, связанный с РФ, продолжает торговаться на центральной бирже одной из стран Запада, в сегодняшней ситуации скорее пережиток прошлого. В нем, в частности, привлечение иностранных инвестиций выступало одним из показателей KPI для российских губернаторов. Теперь же все больше будет укореняется «закрепление» за отечественным крупным бизнесом проектов в Арктике, которые государство считает стратегически важными, на основе неформального взаимопонимания. Свою роль в этом «государственно-частном партнерстве» оно видит в обеспечении инфраструктуры. На последнем Петербургском форуме спецпредставитель «Росатома» по вопросам развития Арктики Владимир Панов так и ответил на вопрос о том, какую часть рисков должно взять на себя государство в ходе освоения Арктики: «Государство уже берет на себя риски, создавая инфраструктуру» — имея в виду развитие Северного морского пути.

На иллюстрации: карта действующих и планируемых к реализации инфраструктурных проектов в акватории Северного морского пути. Источник: презентация ФГУП «Атомфлот» «Атомный ледокольный флот в развитии инфраструктуры Северного морского пути». II международная конференция «Материалы и технологии для Арктики», 2021 год.

«Арктида» в Telegram: расследования и исследования о российской Арктике