Начало давности — со дня, когда узнал о *своём* нарушении (Постановление АС ВСО от 10 июля 2026 года по делу № А19-21045/24).
📝
Что произошло. Областное энергопредприятие (истец) потребовало от смежной сетевой организации (ответчика) исключить из объёма переданной в его сеть электроэнергии 1 560 954 кВтч за период 2016–2020 годов. Истец утверждал, что этот объём фактически потреблён электроустановкой ООО «ТД Универсал», подключённой к сетям ответчика после прибора учёта, фиксирующего поступление энергии в сеть истца. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в иске, указав на пропуск срока исковой давности: истцу было известно о подключении кабельной линии ФГУП «РТРС» с момента технологического присоединения и подписания актов разграничения балансовой принадлежности в 2011 и 2015 годах.
В чём ошибка. Нижестоящие суды обосновали начало течения срока давности наличием у истца актов разграничения границ балансовой принадлежности от 26.08.2011 № 16/18 и от 30.10.2015 № 19/11, касающихся подключения электроустановки ФГУП «РТРС». Однако эти акты не содержали сведений о технологическом присоединении потребителя ООО «ТД Универсал», чья электроустановка и является предметом спора. Суды не проверили доводы истца о том, что прибор учёта в отношении энергопринимающего устройства ФГУП «РТРС» установлен на более низком уровне напряжения (0,4 кВ), в то время как граница балансовой принадлежности проходит по уровню 6 кВ, что исключает фиксацию объёма электроэнергии, потребленной электроустановкой ООО «ТД Универсал». Кроме того, суды распространили на ООО «ТД Универсал» и ФГУП «РТРС» действие Регламента взаимодействия и Соглашения, не проверив, были ли эти потребители технологически присоединены к сетям истца.
Позиция кассации. Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком. Применение этой нормы требует установления момента, когда истец узнал именно о том нарушении, которое составляет предмет иска. Наличие у сетевой организации сведений о подключении одного потребителя не означает автоматического знания о подключении другого потребителя, если эти подключения не отражены в одних и тех же актах разграничения. Вывод о начале течения срока давности не может основываться на документах, которые не содержат информации о конкретном обстоятельстве, образующем нарушение права истца.
Для практики. Сетевым организациям в спорах об учёте электроэнергии следует детально доказывать, в какой момент они фактически узнали о конкретном технологическом присоединении, приведшем к искажению учёта. Наличие общих актов разграничения или регламентов взаимодействия само по себе не свидетельствует о знании всех последующих подключений. При повторном рассмотрении судам надлежит проверить, относятся ли имеющиеся в деле документы именно к тому потребителю и той электроустановке, с которыми связан заявленный спорный объём энергии, а также установить, был ли потребитель технологически присоединён к сетям истца и мог ли истец знать об этом присоединении из документов, которыми он располагал.
Судебная практика всех остальных округов