Аренда как прикрытие: когда договор становится инструментом корпоративного конфликта (Постановление АС ВСО от 04 февраля 2026 года по делу № А19-13204/24).
📝
Когда оспариваемые сделки формально соответствуют обычным гражданско-правовым договорам (например, аренды), но предполагаются притворными или направленными на вывод средств из юридического лица, суд не вправе признавать их недействительными без доказательств, подтверждающих отсутствие реального исполнения условий таких договоров или иные признаки фиктивности. Выводы о притворности должны быть основаны на объективных фактах — а не только на утверждениях участников корпоративного конфликта или показаниях зависимых лиц.
Если имущество действительно использовалось обществом для осуществления его основной деятельности, а договоры заключались на протяжении длительного времени, это указывает на их реальный характер, а не на маскировку иных правоотношений.
При этом применение последствий недействительности сделок, особенно в корпоративных спорах, требует чёткого определения процессуального статуса всех участников разбирательства и соблюдения сроков исковой давности.
Срок давности по оспоримым сделкам, даже если они связаны с заинтересованностью, начинает течь для самого юридического лица — как стороны договора — с момента его заключения.
Наличие внутрикорпоративного конфликта или позднее выявление обстоятельств третьим лицом (участником) не переносит начало течения срока для самого общества.
Кроме того, признание лица контролирующим должно подтверждаться не только внутренними свидетельскими показаниями, но и документальными или иными объективными доказательствами влияния на управленческие решения.
Судебная практика всех остальных округов