🕯️🕯️🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤
🔤азвание: "🔤ой охотник".
Часть 1 Часть 4
Часть 2 Часть 5
Часть 3 Часть 6
🔤u 🌟мистика🌟
Чуя еле как вернулся к сознанию, только хотел разлепить глаза, как по морде прилетела когтистая рука.
— Вставай давай. Вопрос решить надо.
Осаму нависал сверху, но заметив открытые глаза охотника, полные возмущения, слез и расположился рядышком, плавно мельчеша хвостом из стороны в сторону.
Рыжик аж вскочил.
— С дубу рухнул?! Какого хрена будишь меня именно так?!
— А как надо было? Как Белоснежку?
— Я не читал!
— Ну ты и бездарь.
— Я?!
— А кто? Я что ли?
Вдруг шуршание в кустах: Дазай вспомнил, что дорогой папаша с двумя помощничками наблюдают и контролируют всё в укрытии. Шатен посерьёзнел.
— Короче, слушай, чехарда неугомонная, сейчас будет решаться вопрос нашей свободы. Ты же помнишь? Нас поймала стайка, в которой я, к сожалению, состою, и теперь отец ломает голову: задержать тебя в плену в нашей деревне или нет.
— Чего..?
— Я серьёзно. Нам с тобой нужно отвоевать свободу. Особенно тебе.
— Ну.. А...
— Давай, соглашаемся на плен и отвоёвываем свободу или мне тебя по-быстрому укусить и присвоить себе, как законного-незаконного жениха?
— Ч-Чего?!
Чуя вдруг отрубился: лис из кустов среагировал по приказу главы деревни.
— Эх, а ведь мы были близки.. — выдохнул драматично 'Саму, когтиком проводя по линии лица охотника.
— В плен его берите. — приказал отец, кицунэ спохватились.
Второй раз Накахара разлепил глаза уже своевольно, никто не бил. Очнувшись, он оказался в какой-то комнате, где из света только малюсенькое окошко почти у самого потолка, через которое лунное сияние едва-едва пробивалось. Было ясно, что сейчас уже ночь, но вроде не глубокая.
Чуе было страшно: это ведь кицунэ. Хер его знает, на что они ещё способны. Но с той стороны что-то неподъемное отодвинули от двери и неожиданно отворили её. Мысленно парень моментально отругал себя за то, что понадеялся на облик Осаму, но на пороге стоял его отец.
Накахара вдруг встал с пола на ноги, пока глава деревни светил керосиновой лампой в глубь комнаты. Этот мужчина, будучи в человеческой форме, уже был седым и с внушительной бородой. И всё-таки они с Осаму не похожи. Правда, оба дылды.
— Что вам от меня надо? — наконец обрёл голос рыжик, вспомнив про перочинный нож на поясе, едва спрятанном под верхней одеждой.
— Для начала узнать, как вы вообще сумели встретиться с Осаму и познакомиться.
— А он до сих пор не рассказывал? Какая жалость. — тут охотник понял, что пора сбавлять обороты и не грубить слишком сильно, пока к его слушают.
Старик нахмурился, но промолчал, оставляя вопрос открытым. Накахара вздохнул.
— Мне нужно было убить лису, а желательно кицунэ, чтобы мне дали деньги.. Но я ни разу не убивал кицунэ, честно!
— Фу. Вы люди, как обычно. А обыкновенных лис трогал?
— Ну.. Два раза убил.. Меня заставили, в прошлом...
— Кто?
— Папа..
— Ясно.
Чуе в каком-то смысле было стыдно раскаиваться о таком. Даже перед Буддой не так стыдно становилось. Он прикусил губу и уставился вниз, в ноги, но, вспомнив про сохранение бдительности, вновь прилепился глазами к старшему кицунэ. Последний вдруг стал откровенничать:
— Мы, когда узнали о тебе, планировали продать и выудить на это хорошие ресурсы. Но этот наглый лис, который является моим сыном, поведал, что оставил на тебе клеймо в виде поцелуя.
— Верно, — кивнул Чуя, слегка сжимая кулаки. Внутри что-то ёкнуло от воспоминания.
— Из-за этого клеймо вы связаны: ты умрёшь — умрёт и Осаму. И наоборот. Ты это знаешь наверняка.
— Знаю.
Старый вдохнул воздух в лёгкие, чтобы продолжить, как вдруг Накахара его прервал с вопросом, ударившим в голову, как молния средь бела дня.
— Извините, что прерываю, но когда Дазай пытался поговорить со мной после моего сна, то он предложил меня укусить, чтобы, как он сказал, «присвоить себе, как законного-незаконного жениха»... Что это значит?..
Старший нахмурился, но заставил себя усмехнуться.
— Я слышал. Этот идиот...
— Воистину..