Аптраган

На днях видел в питерском метро римского легионера. Думаю, рилс снимали. Но выглядит все равно эффектно.

26 июля 1951 года на раскопках древней Холопьей улицы в Новгороде молодая работница Нина Федоровна Акулова обнаружила прямо на настиле мостовой XIV века плотный грязный свиток бересты, на поверхности которого сквозь грязь просвечивали чёткие буквы. Если бы не эти буквы, находку можно было бы принять за ещё один рыболовный поплавок, а таких в новгородской коллекции к тому времени насчитывалось уже несколько десятков.

Акулова передала свиток начальнику раскопа Гайде Андреевне Авдусиной, а та окликнула Артемия Владимировича Арциховского. Тот стоял на расчищаемой древней вымостке, которая вела с мостовой Холопьей улицы во двор усадьбы. Услышав оклик и увидев находку, Арциховский на минуту замер, не в силах произнести ни слова. Затем, хриплым от волнения голосом, выкрикнул: «Я этой находки ждал двадцать лет!»

День 26 июля 1951 года навсегда остался в истории науки как дата открытия нового источника исторических знаний - берестяных грамот.

Первая берестяная грамота содержала пространную запись о «поземе» и «даре» с разных поименованных в тексте сёл. Поземом в Древней Руси назывался налог феодалу за право проживать на его земле. Дар - налог, который уплачивался феодалу во время посещения им своих владений. Грамота принадлежала крупному феодалу по имени Фома. Какой-то боярин или духовное лицо.

Уже 27 июля нашли вторую берестяную грамоту. Она была с записью дара, на этот раз с именами карел, обязанных платить эту пошлину. А 28 июля было открыто первое берестяное письмо в полном смысле этого слова. Целый текст, написанный одним человеком для другого и посланный издалека. Грамота № 3 оказалась немного повреждена: утрачена часть первой строки. Прочтённый текст гласил:

«Поклон от Грикши к Есифу. Прислав Онанья, молви… Яз ему отвечал: не рекл ми Есиф варити перевары ни на кого. Он прислал к Федось: вари ты пиво, седишь на безатьщине, не варишь жито».

Грикша (Григорий) сообщает Есифу (Осипу), что Онанья прислал распоряжение варить пиво. Грикша отказался, сославшись на Есифа, который ему никаких указаний на этот счёт не давал. Тогда Онанья обратился с тем же требованием к Федосье, настаивая, чтобы пиво варила она, поскольку она «сидит на безатьщине», то есть пользуется участком, доставшимся ей не по наследству, а переданным в пользование после постороннего умершего человека. С этим участком, по-видимому, была связана обязанность варить пиво для семьи феодала по требованию владельца земли. Дать такое распоряжение мог, вероятно, только сам Есиф, а Грикша, судя по всему, сельский староста или управляющий, сомневается, нужно ли выполнять приказ Онаньи.

До этого не вглядывался, а оказывается у Михайловского замка на заборе есть жуткие гаргоны

В Морозовке, которая в Лен. области, почему-то в парадные вписаны буква «Г». Ответа зачем я пока не нашел

Каждый успешный человек достоин уважения

Юлий Краутц, берлинский палач в 1889 году.

В пгт имени Морозова есть магазин Маяк. Располагается он провинциальном представите сталинского ампира и пахнет также, как в нулевые. По крайней мере, местный житель со стажем сказал, что запах тот же. Внутри атмосферно, а снаружи объявление о «большом привозе».

Какая-то машина времени!

В старом книжном меня поджидал мой шанс

Могла ли в Древнем Риме произойти промышленная революция?

Экономический историк Марк Кояма в своем блоге задается вопросом, могла ли промышленная революция произойти не в Британии XVIII в., а в античности, например, в Римской империи. В конце концов, представление о том, как, например, использовать энергию пара, существовало уже тогда. Собственно, революция и заключалась в том, что уже известные наработки довели до ума и начали широко использовать в производстве. Почему же тогда паровой двигатель не был создан еще в античные времена?

Есть несколько объяснений того, почему промышленная революция произошла именно в Британии. Первое заключается в том, что потребность в трудосберегающих технологиях возникает тогда, когда труд дорог, а энергия, наоборот, дешева. Самый известный сторонник этой точки зрения, Роберт Аллен, полагает, что именно такая, во многом уникальная, ситуация и сложилась в Англии: зарплаты английских работников были выше, чем у их коллег на континенте, не говоря уже о неевропейских странах (почему - отдельный вопрос), а уголь, наоборот, стоил дешево. Для экономик континентальной Европы использование дорогостоящих машин первоначально было невыгодным. Однако технологии совершенствовались, новые машины требовали меньше угля, делаясь всё более производительными, и их становилось выгодно использовать даже там, где рабочие руки были дешевыми. Так промышленная революция распространилась за пределы Британии.

Сторонники второй точки зрения (Дж. Мокир) не отрицают, что экономические стимулы важны, но полагают, что без определенной институционально-культурной среды их было бы недостаточно. Накануне Промышленной революции интеллектуальный и культурный климат в Европе сильно поменялся. Политическая раздробленность континента приводила к тому, что ни один правитель не мог своей волей прекратить или ограничить процесс производства и распространения знаний. Широкий научный обмен привел к появлению культуры инноваций и изменению ценностей - появлению веры в то, что человек может изменять и улучшать окружающий мир. Результатом стал постоянный поток изобретений и инноваций, самоподдерживающийся технический прогресс.

Если мы становимся на последнюю точку зрения, то ответ на наш изначальный вопрос, конечно же, будет отрицательным. В Древнем Риме не было культуры изобретательства и инноваций, не было ничего подобного "Республике Писем" XVI-XVIII вв. и Промышленному Просвещению. Однако если встать на ту точку зрения, что достаточно лишь экономических стимулов, то ответ окажется менее однозначным. Да, в позднереспубликанском и имперском Риме, где широко был распространен рабский труд, не существовало недостатка в дешевой рабочей силе. Однако если отмотать время назад, то можно найти такую точку, когда приток рабов из-за завоевательных войн еще был невелик, и такой недостаток в теории мог существовать. Такая благоприятная ситуация могла сложиться во II в. до н.э., когда римская экономика находилась на подъеме (например, шли быстрые процессы урбанизации и коммерциализации натурального хозяйства). Парадоксальным образом, Риму, чтобы иметь шанс на индустриализацию, не нужно было превращаться в огромную средиземноморскую империю.

Мило прикрыли кондиционеры, одобряемо.

Для кругозора:

Итинерарий (лат. itinerarium, iter- путь, поездка, дорога) - описание путешествий с указанием дорог, расстояний и мест отдыха.

Считай, средневековый тревел-блог. Только произнести тяжело.

Выборг в деталях 2.