В мае 1844 года в самом замке Эдо, где жил правитель Японии, начался пожар. Он начался на женской половине в предрассветный час и унес более ста жизней. Сгорела большая часть Большого внутреннего покоя (Ооку) и личных помещений сёгуна.
В основном пожар запомнился тем, что сам сёгун Иэёси вынужден был спасаться босиком, без раскрытого над ним зонтика, вместе со своей беременной наложницей. Ни до, ни после в таком неподобающем виде сёгунов никто не видел.
Пока делал малюсенький ролик образ барона Мюнхаузена, наткнулся на информацию о его далеком потомке.
Бёррис фон Мюнхаузен был видным поэтом неоромантиком и одним из главных литераторов Третьего Рейха. В 1934 году подписал воззвание к работникам искусств о поддержке объедения постов президента и канцлера, чтобы у Гитлера было побольше полномочий. Антисемитизм в творчестве и обвинения в «дегенаративности» искусства коллег тоже не были чужды Мюнхаузену. В войну Бёррис ездил по фронту и своей поэзией «поднимал» боевой дух немецких войск.
Поражение Третьего Рейха фон Мюнхаузен не застал. 13 марта 1945 умерла его жена, а через три дня потомок барона принял большую дозу снотворного.
Чистил галерею телефона и вот на что наткнулся. Когда писал магистерскую по Советско-китайской дружбе, перерыл в архивах и библиотеках кучу макулатуры про «Общество Советско-китайской дружбы». В основном, там были всякие статьи про урожай и достижения «братских народов», ничего интересного. А вот всякие странные вещи я фотографировал. Например, здесь мне понравилось название объекта:
27 мая 2003 год В этот год я впервые побывал в Питере. На фото празднование Дня города на Невском проспекте. Петербургу 300 лет Реклама гида Vogue сильно умиляет
Немного источниковедения, которым меня мучили в магистратуре.
Представьте себе, что через пятьсот лет историки будут изучать нашу эпоху по одним только новостным лентам. Они увидят войны и теракты, финансовые кризисы и эпидемии, смены правительств и громкие скандалы. Но они никогда не узнают, как мы чистим зубы по утрам, как здороваемся с соседями, как платим за коммуналку. Потому что об этом не пишут в новостях. Это слишком обыденно. Примерно так же работала и древнерусская летопись.
Да, летописи действительно крутой источник. Без них мы бы ничего не знали ни о князьях, ни о битвах, ни о том, когда построили ту или иную церковь. Летописец скрупулёзно фиксировал всё, что выходило за рамки повседневности. Военные походы и победы, объявления войны и заключения мира, избрание и изгнание князей, смену епископов.
А вот вещи, которые итак все знали, летописец не записывал. Зачем объяснять отцу, деду и прадеду, как пахать землю, они сами друг другу передадут эту информацию. Зачем фиксировать правила игры, которые каждый знает с пелёнок?
Возьмём Великий Новгород. Все знают, что князья там не наследовали власть, их приглашало вече. Историки до сих пор спорят каково же было реальное место князя в новгородской системе власти. А знаете почему? Потому что в летописях это не прописывали. Самые важные пункты договора скрыты за туманной формулой: «Целуй, княже, крест, на чём отец твой целовал, и дед и прадед». Переводится это примерно так: «Клянись княжить на тех же условиях, что твои предки». А сами эти условия в договоре не прописаны. Они тогда были итак всем известны. Летописец же, верный своему правилу, не счёл нужным переписывать то, что любой новгородец итак знал.
В Средние века считалось, что груши помогают от тошноты при беременности. Поэтому если в средневековом или ренессансном произведении дама хочет грушу, это намек читателю, что она либо беременна, либо пытается создать такое впечатление у окружающих.
