Сказки народов Лондона

Подружка Рита пишет, как по работе смотрит документы на груз; погрузка была в американском порту Corpus Christi (тело Христово) а разгрузка в бразильском порту Madre de Deus (Матерь Божья).
Пасхальненько!

В этом году Пасха совпадает с Днём космонавтики - так вот прекрасный кулич с шапкой-луной от verlablab

По ходу обсуждения в офисе в середине недели выяснилось, что некоторые коллеги "не верят, что люди реально ходили по Луне".

Мой любимый аргумент в таких спорах обычно в том, что как раз верить не требуется - это не религия, тут все можно проверить (при наличии квалификации, но это уже другой вопрос - люди с квалификацией, что показательно, таких сомнений не высказывают).

Офисная перепалка вышла занятной, в итоге лучше всего у меня сработал такой аргумент - если был бы повод усомниться в реальности лунной программы США, то СССР бы такую возможность не упустил и трубил бы об этом неустанно. Из всех стран только у СССР была в 1960-70х возможность отслеживать каждый космический аппарат, и отслеживали тщательно. При этом конспирологические теории про фейки - чисто внутренняя, американская народная фишка.

Еще хорошо сработало зашэрить в рабочем чате вот это видео, где 72-летний Базз Олдрин (второй человек, ступивший на Луну) отоваривает по щщам конспиролога, который пытался заставить его поклясться на Библии, что он реально был на Луне

Пока что моя любимая шутка про Artemis II - миссию к орбите Луны - что это самый дорогой способ попасть из Флориды в Калифорнию
(Во Флориде - космодром на мысе Канаверал, а к Калифорнии планируется причаливать после приводнения).

Кстати, приводнение намечается весьма непростое. Будет тестироваться совершенно новый способ.

Корабли миссии Apollo возвращались, скользя по верхним слоям атмосферы по спирали, постепенно теряя скорость. Минус - серьезные перегрузки.
Союз заходит тоже просто - но он возвращается с МКС, так что скорость у него в полтора раза ниже, чем у Ориона, который летит с орбиты Луны - Орион бы при таком заходе в атмосферу сгорел, а экипаж бы размазало перегрузками.

Так что Орион будет делать акробатический отскок: сначала войдет в атмосферу, раскалится  - и оттолкнется от воздуха обратно в космос остывать на пару минут, потом пойдет на второй заход уже на снижение. Такой трюк снижает перегрузки с 10g до 4g. 

Главное отскочить не слишком сильно, чтобы не улететь обратно в космос, потому что двигателей для торможения у Ориона нет, а запас кислорода конечный.

По лондонскому времени все эти маневры будут в районе полуночи

А вот самая любимая цитата из Пола Боулза, которая хорошо отражает его несколько отстраненный стиль письма. Я думаю, описанное здесь ощущение прекрасно понятно и северянам - только мы получаем этот опыт, глядя на "белое безмолвие" снежной или ледяной пустыни.

Сразу же, как только вы оказываетесь в Сахаре – в первый раз или в десятый, – вы замечаете тишину. Невероятная, абсолютная тишина царит вне городов; да и внутри, даже в самых оживлённых местах вроде базаров, в воздухе есть приглушённость, словно сама тишина – это сознательная сила, которая, не терпя вторжения звука, тут же ослабляет его и рассеивает.
Вы выходите за ворота крепости или города, проходите мимо лежащих снаружи верблюдов, поднимаетесь на дюны или выходите на твёрдую, каменистую равнину и некоторое время стоите в одиночестве. И вскоре либо вас пробирает дрожь, и вы спешите обратно за стены, либо вы продолжаете стоять и позволяете случиться с вами чему-то очень странному — тому, что переживает каждый, кто здесь живёт и что французы называют le baptême de solitude.
Это ощущение единственное в своём роде и не имеет ничего общего с одиночеством, ибо одиночество предполагает память. Здесь же, в этом целиком минеральном мире, освещённом звёздами, как сигнальными огнями, исчезает даже память…
Внутри вас начинается странный и отнюдь не приятный процесс – своего рода возвращение к исходному состоянию. И у вас есть выбор: сопротивляться ему, настаивая на том, чтобы остаться тем, кем вы всегда были, или позволить ему идти своим ходом. Ибо никто, пробывший в Сахаре хоть какое-то время, не остаётся тем же, кем был по прибытии.
…Возможно, логично было бы спросить: зачем туда ехать? Ответ в том, что человек, однажды побывавший там и переживший это крещение одиночеством, уже не властен над собой. Побывав под чарами этой огромной, светящейся, безмолвной страны, он уже не находит нигде такой же силы; ни одно другое место не способно дать ему то высшее, почти исчерпывающее ощущение — существовать посреди чего-то абсолютного.
И он возвращается — какова бы ни была цена во времени или в деньгах. Потому что у абсолютного нет цены.
Пол Боулз, «У них зелёные головы и голубые руки: сцены из нехристианского мира»

Сравним с Джеком Лондоном:

У природы много способов убедить человека в его смертности: непрерывное чередование приливов и отливов, ярость бури, ужасы землетрясения, громовые раскаты небесной артиллерии. Но всего сильнее, всего сокрушительнее 

Белое Безмолвие

 в его бесстрастности. Ничто не шелохнётся, небо ярко, как отполированная медь, малейший шёпот кажется святотатством, и человек пугается собственного голоса. Единственная частица живого, передвигающаяся по призрачной пустыне мертвого мира, он страшится своей дерзости, остро сознавая, что он всего лишь червь. Сами собой возникают странные мысли, тайна вселенной ищет своего выражения. И на человека находит страх перед смертью, перед богом, перед всем миром, а вместе со страхом — надежда на воскресение и жизнь и тоска по бессмертию — тщетное стремление пленённой материи; вот тогда-то человек остаётся наедине с богом.

Джек Лондон, "Белое безмолвие

"

Отдельно отмечу American Legation Museum в Танжере.

Там раньше находилась дипломатическая миссия США. Марокко - первая страна, которая признала легитимность США как государства в 1777 году.

Это такое вычурное здание в мавританском стиле с кучей комнаток и переходов, все в классическом посольском декоре, но стоит на секунду присмотреться - начинается сюр. На стене в рамке документы, как султан подарил американскому консулу пару львов, и их перевозили в Филадельфию.
А в одной комнате вход в потайную комнатушку, где в 1942 году сидел радист и координировал высадку американского флота в Марокко.

И отдельное крыло посвящено Полу Боулзу - великому американскому композитору и писателю.
Его литературный успех затмил музыкальный, особенно после экранизации Бертолуччи романа Боулза ‘Под покровом небес’, где его сыграл Джон Малкович. Хотя до публикации романа он уже был состоявшимся композитором. Он писал минималистичную музыку до того, как минимализм оформился как стиль. В ней чувствуется влияние североафриканских мотивов. А еще он собрал уникальную коллекцию марокканской музыки для Библиотеки Конгресса.

Танжер особо приятен для путешествия тем, что его история и культура богаты, но музеи и достопримечательности не настолько ‘обязательны’, чтобы настраивать тревожного туриста на списочки и галочки. Можно с чистой совестью гулять по настроению и погоде, ничего не бронируя заранее, кроме отеля. Но при этом при желании достопримечательностей хватит на несколько насыщенных дней.

Кстати, что важно - Танжер оказался намного спокойнее и чище, чем я ожидала. Его буйные дни разгульного портового города остались в книгах Берроуза. Сейчас по медине гуляет множество семей с детьми, парочек, групп молодых девушек - и в европейской одежде, и в мусульманской. И туристическая торговля не такая напористая, как в Марракеше. В общем, очень комфортно.

Если есть лишние полдня, можно съездить на мыс Спартель, что в 10 км от Танжера - это вход в Гибралтарский пролив и место встречи Атлантического океана и Средиземного моря. Если есть не полдня, а день - продлить поездку до Асилы, городка художников и рыбаков.
А вот отдельно в ‘голубой город’ Шефшауэн ехать не советую - это 170 км, а красивых голубых улочек хватает и в Асиле, и в Танжере, и в других местах.