В мертвенных пределах Трупосферы обитают не чистые боги, а живые архетипы бессознательного — древние боги, у каждого из которых тысячи лиц.

Среди них вечно бродит Мадам Депрессия — изможденная, бледная дева «героиновой» внешности, напоминающая худую готессу. Рядом с ней являет себя Мертвая Возлюбленная — гниющая, но некогда светлая девушка, воплощение первой умершей дочери в истории.

Особое место занимает Бог Мертвых Надежд, чья природа двойственна. Иногда он предстает как колоссальный, уходящий ввысь столб из обветшалых книг, которые никогда не будут прочитаны, и говорит шелестом их страниц. В ином же обличье это жизнерадостный, но серого цвета младенец (или «камень во чреве старухи»), к которому хочется подойти. Но стоит приблизиться — и эта иллюзия рассыпается в прах.

Хтонический холод и злобу воплощают Холодец — вечно страдающий Царь холода, и загадочный Клопохладец, являющийся иной, темной ипостасью Клоподавца.

Но самым жутким божеством этого места остается Бог Атеистов — отец Гнильца. Это невообразимая, абсолютная Пустота, в которой нет ничего, само воплощение небытия.

Единственный человек, сохранивший активность в этом царстве и ставший его частью — философ Майнлендер. С черной пустотой вместо глаз он вечно ходит по Трупосфере, выполняя роль Проводника, встречающего всех, кто прибыл в этот мир скорби.