Выяснили с коллегами, что чек-листы не помогают. Когда человек участвует в процессе не из роли, а «по указке», вся красота пространственного искусства преподавания рушится. «Как действует твой герой в этой ситуации?» — спрашивала я коллегу перед мероприятием. С тех пор О. шутит, что я Станиславский: «Как скажете, Константин Сергеич!»
В прошлую пятницу модерировала занятия сотрудников НКО в «Среде своих» (на фото — как раз в процессе).
А утром, преодолевая дикое сопротивление, я записывала то самое видео для конференции в Петергофе. И параллельно наша старшая коллега-методолог Дарья Масленникова писала у себя:
«Онлайн… тут, как ни смотри, не встретиться взглядом: смотришь в камеру – не видишь глаза собеседника, смотришь в глаза – не смотришь в камеру... Вообще-то обучение взрослого – это довольно интимный процесс. И мы заняты непрерывным сканированием, подстройкой, доминированием. Мы реагируем даже на размер зрачка».
Зря я шла против себя. Никаких больше онлайн-записей «в пустоту». Ощущение после этого было такое, будто я — Волан-де-Морт, раздирающий душу на крестражи.
Я до сих пор не знаю, кто там на конфе и что увидел. Хоть бы помидор кинули — а то как жить... без ЭХА? Не надо так.
Спасибо моей дорогой Кире Чубенко, руководителю Даше Сальниковой, О. и коллегам из «Среды своих». Люблю живых людей — прежде всего, мы «создания чудесные» ❤️