ЖЕЛЕЗО ДЕТЯМ НЕЛЬЗЯ?

Звучит убедительно.
Проблема только в том, что современная спортивная наука говорит несколько другое.

Начнём с главного.
Силовая тренировка не определяется тем, держит ребёнок в руках резинку или штангу.

Resistance training — это работа против сопротивления. Им может быть собственная масса тела, резина, медицинский мяч, тренажёр, гантель или штанга.

Американская академия педиатрии прямо рассматривает свободные веса как один из допустимых инструментов силовой подготовки детей при правильной технике, разумной прогрессии и квалифицированном контроле.

Допустим, ребёнок весит 35 кг.
При обычном отжимании через руки может передаваться порядка двух третей массы тела — около 23–25 кг.

Это считается нормальной работой с собственным весом.

Но стоит тому же ребёнку взять внешнее отягощение, и сама цифра 20кг вдруг начинает использоваться, как доказательство чрезмерной нагрузки.

Хотя организм понятия не имеет, какое сопротивление, собственный вес или штанга.

Для него существуют усилие, механическая нагрузка, скорость движения, объём работы, утомление.

Поэтому фраза 9-летний ребёнок работает с 20 кг практически бессмысленна без контекста.

20 кг в каком упражнении?
Сколько весит ребёнок?
На сколько повторений?
Какой у него тренировочный стаж?
Как выглядит техника?
Какой запас повторов остаётся?

Именно это определяет адекватность нагрузки, а не возраст плюс цифра на блине.

Отдельно стоит разобрать аргумент про гормоны.

Да, до пубертата выраженность мышечной гипертрофии обычно меньше, а значительная часть прироста силы у детей обеспечивается нейромышечными адаптациями.

Но дальше в исходном посте происходит удивительный логический скачок.

Раз прирост силы преимущественно нейромышечный, значит он якобы временный и взят взаймы, а нервная система затем истощается.

Нет.
Нейромышечная адаптация — не кредит организма. Это нормальная тренировочная адаптация.

Улучшение межмышечной и внутримышечной координации, рекрутирования двигательных единиц и способности создавать усилие — именно те механизмы, благодаря которым ребёнок становится сильнее.

Ещё страшнее звучит утверждение, что суставы и кости ребёнка получают микротравмы, которые якобы обязательно проявятся через 2–3 года.

Но и здесь доказательная база говорит обратное.
Современные данные показывают, что правильно организованная силовая подготовка НЕ повреждает зоны роста И НЕ тормозит рост ребёнка.

Риски существуют прежде всего при неправильной технике, чрезмерной нагрузке, отсутствии контроля, плохом оборудовании и неадекватном программировании.

То есть проблема опять не в существовании штанги.

Более того, предложение сначала накопить тысячи часов прыжков, плиометрики и бега, а уже потом переходить к весам тоже выглядит странно с точки зрения нагрузки.

Прыжок, приземление и спринт — это достаточно серьезная нагрузка на опорно-двигательный аппарат.

Штанга не становится опаснее прыжка просто потому, что на ней написано количество килограммов.

Никто из адекватных специалистов не предлагает детям регулярно выполнять предельные приседания, тренироваться до отказа или гнаться за килограммами на штанге.

Но из этого совершенно не следует, что ребёнку нельзя использовать внешнее сопротивление.

Упражнение должно соответствовать возрасту и уровню подготовленности. Сначала ребёнок осваивает движение. Затем нагрузка постепенно прогрессирует.

Техника остаётся приоритетом. Объём и интенсивность контролируются. Восстановление учитывается.
Вот и всё.