Артем Беседин взял интервью у философа Натальи Ястреб. В основном оно посвящено этике ИИ. Наталья указывает на тот факт, что хотя этика - это область философии, в разработке этического регулирования ИИ (как и любого другого) философы приглашаются в лучшем случае для мебели и фотографий. В существенной - но не исключительной мере - у меня нигилистический взгляд на этическое регулирование.

Для фарм-компаний и технологического бизнеса - это способ защитить и продвинуть свои интересы и, если возможно, использовать этику как инструмент недобросовестной конкуренции, когда ограничиваются или блокируются исследования и разработки потенциальных конкурентов. Для государства - это один из способов квазиюридического контроля, когда законотворчество явно не поспевает за быстро меняющимися обстоятельствами, для общественников - один из каналов трансляции своей повестки.

Не поймите меня неправильно: что над животными сейчас не делают все, что угодно, - это хорошо, как и многие другие вещи. Возможно, это взгляд дилетанта, но участие в нескольких дискуссиях по тематике этического регулирования и спорадическое наблюдение за ними, не производит впечатление, что этика кого-то интересует. Хотя бы потому, что собственно этических дискуссий мне увидеть не посчастливилось. Поэтому я не испытываю особых страданий от того, что философы слабо представлены в этой области. В ней от философии только слово на букву "э". Да и какой ужас начнется, если этические дилеммы вдруг начнут рассматриваться по "гамбургскому" счету - тогда этический кодекс ИИ появится только после победы Скайнета (и то, если все ускорятся).

Также в этом интервью меня зацепил момент, когда Наталья говорит, что рассматривать ИИ в качестве моральных агентов еще рано, потому что у ИИ нет никакой "настоящей" субъектности, но надо изучать взаимодействия человек-ИИ. С виду правильно. Но я с этим не согласен: независимо от того, являются ли ИИ настоящими субъектами или нет, во многих ситуациях у нас уже нет возможности отличить реального человека от ИИ. В таком случае моральная установка заключается в том, чтобы трактовать любого агента как морального в релевантных ситуациях, пока не будет оснований считать обратное. Второе, ИИ уже не могут не быть участниками отношений с моральной значимостью, поэтому нас автоматически должно интересовать, какими моральными агентами они являются (это относится к области принятия решений ИИ). Здесь не стоит вопроса, являются ли они моральными агентами или нет. Третье, исключение ИИ из числа моральных агентов может инфицировать моральные отношения человек-человек. И последнее, как правильно указывает Стросон, природа человека такова, что никакое теоретическое положение не может элиминировать наличие этической реальности, в которой существуют люди. ИИ агенты становятся (стали) частью этой реальности совсем на других основаниях, чем смартфоны или пейджеры, и нас интересуют, какие специфические этические проблемы здесь возникают, которые мы не наблюдаем во взаимодействиях человек-человек, а это невозможно сделать без приняти ИИ в общество моральных агентов. А "по-настоящему" это или нет - вопрос искусственный.