Только тогда, если командирский корпус грядущей Германской империи Адольфа Гитлера, только тогда, если они будут так же тверды, как комиссар, только тогда, если мы будем так же верующи, как германец, который знает будущее своей империи, только тогда, господа, мы будем достойны того, что жили в это время Адольфа Гитлера. Только тогда потомки в поколениях и мир в веках скажут о нас: они были достойны быть тогда. Только тогда можно будет констатировать, – и я убежден, что это констатируют, – что нашей общей борьбой, жизнью и смертью была создана Германская империя. Нам предстоит еще гигантское развитие. То, что мы сейчас должны выдержать, грядущую зиму, в которую нам наверняка придется сражаться еще с двумя или тремя миллионами русских и которых мы – таково мое убеждение – должны будем перемолоть еще раз, – всё это, как бы тяжело это ни было, лишь этапы, которые мы должны и сможем преодолеть. Они будут преодолены, если командирский корпус, если офицерский корпус в порядке, если он ведет, если он верует и если он имеет непреодолимое стремление извергнуть из своих рядов каждого, кто недостоин. Мы преодолеем всё это, этот этап, который лежит перед нами, и все другие, которые еще придут, никогда не

Спрашивая, как долго продлится эта война. Она продлится до тех пор, пока не закончится и пока мы не победим. Таков простой ответ для нас, солдат. Мы всё преодолеем и в конце концов победим, если мы едины, если мы наверху не допустим ни малейшего раскола, ни малейшего раздора, ни малейшей зависти между нашими отдельными составными частями вермахта и организациями, если мы – и здесь я позволю себе совершенно откровенно говорить как товарищ с товарищами – никогда не допустим раздора между армией, флотом, авиацией, войсками СС и полицией. Мы всё преодолеем, если мы никогда не поддадимся на пропаганду евреев и русских, ни вы, ни мы, в том числе и на ту листовку, в которой говорится, что дивизии войск СС лучше оснащены и получают лучшее довольствие, – они имеют точно такое же оружие, как и немецкие танковые дивизии, эти ударные дивизии сухопутных войск. Они получают свое довольствие из точно тех же провиантских управлений, что и дивизии немецкой армии. Вопрос тогда только в одном, господа, – вопрос к нашим командирам – что делают наши господа казначеи и начальники административных служб из еды? Это вопрос воспитания. Здесь я могу Вам, шутки ради, рассказать об одной моей воспитательной мере.

Фраза «нам придётся сражаться ещё с двумя или тремя миллионами русских, и мы должны будем перемолоть их ещё раз» — откровенное признание установки на тотальную войну на уничтожение.