Александр Новолодский I МедСтандарт

14 сентября мы успешно прошли инспекционный аудит и подтвердили соответствие выстроенной системы сервиса международному стандарту.

Поэтому тема нашего подкаста сейчас особенно актуальна.

В выпуске подкаста я поговорил с Натальей Владимировной Шавыриной, заместителем генерального директора по качеству, о том, как в группе компаний «МедСтандарт» выстроен системный сервис.

Мы подробно обсудили международный стандарт ISO 23592, по которому «МедСтандарт» стал первой в России медицинской организацией, прошедшей сертификацию.

Таймлайн:

00:00 — начало
00:49 — «МедСтандарт» — первая в России медицинская организация, сертифицированная по международному стандарту ISO 23592
01:35 — что такое стандарт ISO 23592?
02:13 — что даёт пациенту сертификация компании?
03:35 — не «душат» ли регламенты сотрудников?
04:20 — что в итоге получает пациент?
04:38 — как регламент времени приёма сочетается с качественным сервисом?

Это только первая часть нашего разговора.
Следите за продолжением.

Детскому глазному центру нужен врач
Мы продолжаем развивать Детский глазной центр «МедСтандарт». За последние годы он вырос не только по площади — с 200 до 500 квадратных метров, — но и по возможностям для диагностики, наблюдения и лечения детей.

Но любой медицинский центр — это не стены, не оборудование и не количество кабинетов.
Главное в нём — врач.
Особенно в детской офтальмологии.
Потому что ребёнок редко приходит на приём спокойным и готовым к обследованию. Он может бояться незнакомого места, аппаратов, врачей, капель, яркого света. Может устать, стесняться, не понимать, зачем ему задают вопросы и просят смотреть на буквы, картинки или огоньки.

И здесь недостаточно быть просто хорошим офтальмологом.
Важно уметь разговаривать с ребёнком. Не торопить его. Не раздражаться, если с первого раза не получилось. Найти контакт и объяснить родителям понятным языком, что происходит со зрением ребёнка, чего стоит опасаться, а где, наоборот, не нужно создавать лишнюю тревогу.

Мы ищем в команду врача-офтальмолога, которому интересна детская офтальмология.

Человека, который хочет не просто проводить приём, а сопровождать ребёнка в динамике: видеть, как он растёт, как меняется зрение, вовремя замечать риски и помогать семье принимать правильные решения.

У нас есть просторный детский центр, отдельные кабинеты, игровая зона, возможности для аппаратного лечения, сильная команда и выстроенные процессы. Есть пациенты, доверие родителей и большая задача — делать качественную офтальмологическую помощь детям доступной, понятной и спокойной.

Но самое важное — есть возможность расти.
Профессионально — через практику, обучение, работу с современными подходами и обмен опытом внутри команды.

Человечески — через ежедневную работу с детьми и семьями, где хороший результат часто начинается не с прибора и не с назначения, а с простого:
«Не бойся, давай попробуем вместе».

Если вам близка детская офтальмология, если вы хотите работать в команде, где качество, уважение к пациенту и развитие — не слова для сайта, напишите мне в личные сообщения @alivno1971.

Возможно, именно вас сейчас ждёт наш Детский глазной центр.

Ковид увеличил количество детей с близорукостью.

Период локдауна практически исключил привычные прогулки и значительно увеличил время, которое дети проводили перед экранами. Смартфоны, планшеты, компьютеры — гаджеты заняли в этот период большую часть жизни.

В результате ситуация с детским зрением изменилась, а последствия этого мы начали наблюдать сегодня.

Что это означает для клиник и почему важно работать с этой проблемой уже сейчас — рассказываю в видео.

Детский глазной центр: что важно заметить родителям

В предыдущих постах я говорил о расширении Детского глазного центра «МедСтандарт» и о том, почему проверять зрение ребёнка лучше не только в августе, а в течение всего года.

Сегодня — о другом. О сигналах, которые ребёнок часто не может правильно объяснить, а родители могут принять за усталость, невнимательность или нежелание учиться.

Ребёнок никогда не приходит и не говорит:

«Кажется, у меня изменилась рефракция».

Он просто начинает щуриться, садится ближе к экрану, наклоняется к тетради или не любит читать.

Иногда родители слышат: «Он ленится».
Иногда учителя говорят: «Он невнимательный».
А иногда причина может быть гораздо проще: ребёнку трудно видеть.
На что стоит обратить внимание:
Ребёнок щурится, когда смотрит вдаль.
Садится слишком близко к телевизору, планшету или монитору.
Наклоняется низко к книге или тетради.
Быстро устаёт во время чтения и занятий.
Жалуется на головную боль, усталость глаз или «размытое» изображение.
Говорит, что плохо видит написанное на доске.
Закрывает или прикрывает один глаз при чтении, рассматривании предметов или просмотре вдаль.

Такие признаки не всегда означают серьезную проблему.
Но если они повторяются, лучше не ждать и не гадать. Наблюдения родителей и учителей — важный повод для полноценной проверки зрения у специалиста. Международные рекомендации по детскому зрению также подчёркивают:

настораживающие жалобы и поведение ребёнка требуют обследования, даже если формальный скрининг ранее не выявил нарушений.

Есть ещё несколько простых вещей, которые важно держать в поле внимания.
Если ребёнок уже носит очки, не стоит годами ориентироваться на старый рецепт: зрение у детей может меняться, и коррекцию необходимо контролировать у врача.
Рабочее место ребёнка должно быть удобным: нормальное освещение, подходящая высота стола и стула, комфортное расстояние до книги или экрана. Это не «мелочи для идеального родителя», а условия, в которых ребёнок каждый день учится и нагружает зрение.

И, конечно, прогулки. Время на улице — это не просто отдых от уроков и гаджетов. Исследования связывают большее время на открытом воздухе со снижением риска развития миопии у детей; в практических рекомендациях часто звучит простой ориентир — около двух часов на улице в день, с учётом безопасности на солнце.

Мой главный совет родителям очень простой:

не ждите, пока ребёнок пожалуется.

Дети быстро привыкают даже к тому, что видят не так хорошо, как могли бы. А задача взрослых — вовремя это заметить, спокойно проверить и при необходимости помочь.

Забота о зрении ребёнка — это не тревожность.

Это внимание к его будущему.

Расширение — это не про квадратные метры

В прошлом посте рассказал, как вырос наш Детский глазной центр: с 200 до 500 квадратных метров.
Но в бизнесе расширение — это никогда не только про помещение, ремонт или количество кабинетов.

Расширение — это момент, когда руководитель должен честно ответить себе на несколько вопросов.
Готова ли команда к новому объёму работы?
Не потеряем ли мы качество, когда поток станет больше?
Есть ли процессы, которые выдержат рост, а не начнут «сыпаться» при первой же нагрузке?
Сможет ли пациент получить тот же уровень внимания, который он получал раньше?

Потому что рост сам по себе не является успехом.
Можно увеличить площадь, поставить новое оборудование, открыть дополнительные кабинеты, взять больше людей.

Но если при этом врач перегружен, администратор работает на пределе, пациент не понимает, куда идти и что делать, а руководитель ежедневно тушит пожары — это не рост. Это увеличение масштаба проблемы.

Настоящий рост начинается тогда, когда компания готова к нему системно.

Когда заранее продуманы маршруты пациентов.
Когда понятны роли и ответственность команды.
Когда есть стандарты, обучение и контроль качества.
Когда изменения внедряются не в день открытия, а задолго до него.
Когда каждый новый квадратный метр добавляет удобство пациенту, а не хаос сотрудникам.

В медицинском бизнесе это особенно важно. Здесь нельзя расти ценой снижения качества, безопасности или доверия.

Ошибки в процессах измеряются не только потерянными деньгами или негативными отзывами. За ними всегда стоит конкретный человек.

Поэтому расширение для меня — не «мы стали больше».
Расширение — это проверка: насколько наша управленческая система готова стать сильнее.
И если система готова, рост становится не источником проблем, а новой возможностью — для пациентов, команды и компании.

Почему мы называем колл-центр первым звеном помощи

Первый контакт пациента с клиникой — не врач, а оператор колл-центра.
Оператор не ставит диагноз и не заменяет врача.
Но он должен внимательно услышать человека, задать правильные вопросы и понять: это плановая запись или ситуация, в которой нельзя терять время.

Поэтому наши операторы изучают базовую анатомию глаза и симптомы, требующие особого внимания. Внезапное ухудшение зрения, вспышки, резкое появление «мушек» или ощущение «занавеса» перед глазом — повод оперативно сориентировать пациента и организовать срочный осмотр.

Если человеку нужна срочная помощь, мы не оставляем его в обычной очереди.
Потому что системный подход в медицине начинается не с кабинета врача.
Он начинается с правильного вопроса и внимательного отношения уже в первом звонке.

Не «перед школой». А в любое время года

Один мой старый приятель, однажды зайдя в наш детский глазной центр, увидев полную клинику детей, запись на шесть месяцев сказал:

«Это хорошая проблема. Рынок большой, детей, которым нужна ваша помощь, будет становиться больше. Значит, надо расширяться».

Так и произошло.
Когда-то Детский глазной центр «МедСтандарт» занимал около 200 квадратных метров. Сегодня — уже 500. Появились индивидуальные кабинеты, расширенная игровая зона, больше возможностей для аппаратного лечения.

А одной из самых важных деталей стали прозрачные стены между кабинетами обследования и холлом. Родители могут видеть ребёнка, ребёнок — родителей. Кажется, мелочь. Но тревоги у всех участников процесса становится заметно меньше.

Есть и другая ежегодная история.
В августе родители вспоминают, что ребёнку нужно проверить зрение перед школой. И это правильно. Только часто всё происходит в последние недели лета: нужно успеть обследоваться, подобрать очки, получить рекомендации, а иногда и начать лечение.

И вот тут я бы предложил изменить саму формулировку.

Не «проверить зрение перед школой».

А проверять зрение в течении года.

То есть не обязательно в августе. Это можно и нужно делать в удобное время: летом, осенью, зимой или весной. Главное — регулярно и без ожидания, пока ребёнок начнёт щуриться, быстро уставать, наклоняться слишком низко к тетради или жаловаться, что плохо видит доску.

Ребёнок не всегда может сам заметить, что зрение ухудшилось. Особенно если один глаз видит хорошо, а второй — хуже. Поэтому профилактический осмотр помогает увидеть изменения вовремя и спокойно выстроить дальнейшее наблюдение.

Для родителей это меньше спешки и нервов.
Для ребёнка — меньше тревоги.
Для клиники — возможность уделить семье столько внимания, сколько действительно нужно.
Школа начинается 1 сентября.
А забота о зрении ребёнка — круглый год.

Вчера, 1 сентября, у меня был по-настоящему важный день.

Для многих это просто дата в календаре: начало учебного года, цветы, линейки, белые банты, букеты и школьная суета.

А для нашей семьи это сразу две большие истории — две дороги, которые в этот день особенно ясно стали видны.

У нашей младшей дочери Юли — последнее 1 сентября в школе. Впереди 11 класс.
Кажется, совсем недавно были первые букеты, первый звонок, первые тетради и переживания: понравится ли школа, найдутся ли друзья, получится ли справиться. А теперь завершается большой период детства и школьной жизни. Впереди — новый, взрослый этап: выбор направления, первые самостоятельные решения, понимание, куда хочется идти и на что направить силы в ближайшие годы.

Юлечка, я очень тобой горжусь. Ты умеешь трудиться, развиваться, ставить перед собой цели и идти вперёд.

Пусть этот год будет не годом тревоги перед будущим, а годом возможностей, открытий и уверенности в себе. Не бойся выбирать, пробовать, ошибаться и снова идти дальше. У тебя всё получится!

И ещё одна важная история этого 1 сентября — у моей любимой Ирины.
Когда-то она была успешным юристом и адвокатом. Потом, казалось бы, совершенно неожиданно для многих, изменила профессиональный вектор и ушла в гуманную педагогику. Но, как оказалось, это было не просто новое направление — это было настоящее призвание.

В этом году у Ирины первый опыт классного руководства. И сколько счастья, тепла и радости было у детей её класса в этот день!
Наверное, именно так и должно быть: когда рядом с детьми оказывается человек, который умеет не просто учить, а видеть, слышать, поддерживать и верить в каждого.

Ирочка, я восхищаюсь тобой. Твоей энергией, твоей способностью брать на себя много задач, заботиться о семье, развиваться, учиться новому и при этом сохранять доброту, искренность и любовь к людям.
Вы обе — мои девочки, мои большие труженицы. В вас есть трудолюбие, человеколюбие, ответственность и та самая удивительная многозадачность, которую я до сих пор не могу до конца разгадать.
Люблю вас очень!

Пусть у каждой будет свой путь — интересный, смелый, счастливый. И пусть на этом пути всегда будет достаточно сил, людей рядом и уверенности, что всё самое важное обязательно получится. ❤️

⚡️ Продолжаем делиться с вами практическими советами амбассадоров Академии - известных предпринимателей нашего региона.
Соучредитель, гендиректор группы компаний «МедСтандарт»
Александр Новолодский
- о сути предпринимательства, качествах зрелого руководителя и об эффективной работе компании в условиях постоянных изменений.

Мы в МАХ

«Фасадник»: сохранение истории
В одном из предыдущих постов я писал об истории сохранения облика Иркутска в 80-х годах прошлого века.

https://max.ru/novolodsky/AZ6aqKaQHg0

https://t.me/ANovolodskii/344

В этом году команда «МедСтандарта» впервые приняла участие в «Фасаднике». Пока я был на Камчатке и тоже, можно сказать, изучал историю и силу природы, наши сотрудники два дня вместе с волонтёрами приводили в порядок старинную деревянную усадьбу на улице Марата.
Казалось бы: очистить стены, снять старые слои краски, нанести новую. Обычная, на первый взгляд, работа. Но за ней оказалось намного больше смысла.
Когда коллеги узнали историю дома, стало понятно, насколько символичным оказался выбор.
В начале XX века владельцем усадьбы на тогдашней Луговой улице был доктор Александр Фёдорович Попов, врач Медведниковской больницы.

Сегодня это адрес Марата, 23. Историческая усадьба конца XIX века входит в перечень объектов культурного наследия, а сама акция «Фасадник» с 2017 года объединяет иркутян вокруг сохранения деревянной архитектуры города.

Прошло более ста лет. И теперь сотрудники медицинской компании снова стоят у этого дома — только уже не в белых халатах, а с кистями в руках.

Для меня в этом есть особая преемственность.
Медицина меняется: появляются новые технологии, оборудование, стандарты, меняются подходы к лечению. Но главное остаётся неизменным:

человек, который приходит к врачу, должен чувствовать заботу и ответственность.

Наверное, поэтому мне так близка идея «Фасадника». Забота о человеке не заканчивается дверями клиники. Она проявляется и в том, как мы относимся к городу, к его истории, к людям рядом с нами.
Бизнес, особенно социально ориентированный, не существует в вакууме. Мы становимся частью города, в котором работаем. И важно не только запускать новые проекты и развивать компанию, но и бережно сохранять то, что досталось нам от предыдущих поколений.

Потому что город — это не только здания.
Это память.
Это люди.
Это истории, которым нельзя позволить исчезнуть.

Спасибо команде «МедСтандарта» за эти два дня, за участие и за отношение.
Кажется, вы просто покрасили старый дом.
А на самом деле — помогли сохранить часть истории Иркутска.

Ребёнок с миопией — это не разовый визит. Это ответственность клиники на годы

Мама приводит ребёнка на обычную проверку зрения. Жалоб почти нет. На диагностике — миопия, например −0,75 диоптрии.

Ребёнку выписывают очки. Родитель получает рекомендации и уходит с ощущением, что проблема решена.

Но для клиники в этот момент всё только начинается.

Как руководителю медицинской организации, мне гораздо важнее не сам факт выявления миопии, а другой вопрос:

Что будет с этим ребёнком через год? Через три года? В 12, 15, 18 лет?

Детская миопия может прогрессировать.
Поэтому задача современной клиники — не просто однажды определить «минус», а наблюдать ребёнка в динамике, вовремя видеть изменения и управлять рисками.

Международные рекомендации по ведению миопии также подчёркивают важность регулярного контроля, включая оценку рефракции и, при возможности, измерение длины глаза.

Я бы предложил руководителям смотреть на детскую миопию не как на серию отдельных приёмов, а как на долгосрочный маршрут пациента.

У ребёнка должен быть понятный план наблюдения:
— кто его ведёт;
— когда следующий визит;
— какие показатели необходимо контролировать;
— как оценивается динамика;
— что делать, если миопия начинает прогрессировать.

Особенно важен объективный контроль изменений. Иногда внешне кажется, что зрение практически не изменилось, а показатели глаза уже говорят о другой картине. Рост осевой длины глаза может отражать прогрессирование миопии, поэтому этот параметр используют для динамического наблюдения, когда в клинике доступна соответствующая диагностика.

И здесь возникает принципиальный управленческий вопрос:

Есть ли в клинике система, которая не позволяет ребёнку «потеряться» между визитами?

Если пациент должен сам вспомнить о следующем обследовании через полгода или год, мы перекладываем слишком много ответственности на семью.

В «МедСтандарте» мы рассматриваем наблюдение детей с миопией как отдельный маршрут: закреплённый специалист, заранее сформированный график визитов, напоминания родителям и регулярная оценка риска прогрессирования.

Это меняет саму логику работы.
Мы перестаём ждать, когда ребёнок придёт повторно — уже с жалобами или ухудшением зрения. И начинаем управлять ситуацией на опережение.

Для руководителя это ещё и важный показатель качества медицинской организации.
Потому что хороший детский маршрут — это не максимальное количество визитов. Это когда ребёнок в нужный момент оказывается у нужного специалиста, необходимые показатели контролируются, а родители понимают, что происходит и зачем нужно наблюдение.

И только после этого можно говорить о финансовой стороне.
Да, долгосрочное сопровождение формирует устойчивый пациентский поток.

Но я убеждён: деньги здесь должны быть следствием правильно выстроенной медицинской системы, а не её целью.

Если клиника действительно отвечает за здоровье ребёнка, её задача — думать не о следующем приёме.
Её задача — видеть следующие десять лет.

Когда пациентоцентричность становится не принципом, а системой

Для меня как руководителя медицинской организации качество — это не только медицинский результат.

Безусловно, он всегда остаётся главным. Но качество — это ещё и весь путь, который проходит пациент: от первого обращения до завершения лечения и последующего наблюдения.

Насколько человеку понятно, куда идти и что делать дальше?
Насколько удобно выстроены процессы?
Есть ли у него возможность быть услышанным?

И главное: умеем ли мы превращать обратную связь не в отчёт, а в реальные изменения?

Именно об этом мы вместе с коллегами и нашим другом Ольгой Байбаковой — специалистом по системному внедрению сервиса — написали статью для журнала «Менеджмент качества в медицине».

В ней рассказываем о внедрении системы управления клиентским опытом в сети офтальмологических клиник «МедСтандарт» на основе международного стандарта ISO 23592:2021. Этот стандарт — не про базовый сервис и не про формальное «улыбнуться пациенту». Он про способность организации последовательно создавать качественный клиентский опыт: понимать ожидания человека, выстраивать процессы вокруг них и постоянно улучшать результат.

В статье — не теория ради теории, а наш практический путь: диагностика текущего состояния, анализ опыта пациента, работа с NPS и другими метриками, поиск проблемных точек и системные улучшения.
Для меня особенно важно, что пациентоцентричность — не отдельный проект, не красивое слово и не задача одного подразделения. Она должна быть встроена в ежедневную работу клиники: в процессы, культуру, решения руководителей и действия каждого сотрудника.

Потому что пациент чувствует систему. И очень хорошо чувствует, когда за словами о заботе действительно стоят понятные процессы, ответственность и желание становиться лучше.
Но это непростая задача и для руководителя, и для всей команды. Нужно учиться менять себя, свои привычки, подходы к работе, иногда — перестраивать собственное мышление. А это, прямо скажем, ох какая непростая задача.

И если человек не готов меняться вместе с компанией, порой приходится расставаться. Это всегда непросто и больно. Но иначе невозможно построить систему, в которой качество и забота о пациенте — не лозунг на стене, а ежедневная реальность.

Кстати, 15–16 сентября в нашем университете пройдёт обучение по системному внедрению сервиса, которое проведёт Ольга Николаевна Байбакова. Программа рассчитана на руководителей. Если есть желание принять участие — напишите мне в личные сообщения.

Прикрепляю статью. Буду рад, если наш опыт окажется полезным коллегам, которые также развивают качество медицинской помощи и пациентский опыт.

«До ковида и после»: что цифры говорят руководителю клиники

Иногда можно услышать:

Ковид закончился. Пора оставить эту тему в прошлом.

Но если посмотреть на последствия пандемии не только с точки зрения инфекционных заболеваний, становится очевидно: некоторые процессы продолжаются до сих пор.

Один из самых заметных примеров — детская миопия 👁️

Исследование, опубликованное в JAMA Ophthalmology, показало существенный рост распространённости близорукости у детей младшего школьного возраста после периода локдаунов.

📊 В отдельных возрастных группах показатели увеличились в 1,4–3 раза по сравнению с предыдущими пятью годами.

И это не просто предположение или субъективная оценка — анализ включал данные почти 200 тысяч глаз.

Есть и другие цифры, которые заставляют задуматься.

Крупный метаанализ, объединивший данные примерно 774 тысяч детей, показал: во время пандемии скорость прогрессирования миопии увеличилась примерно на 0,41 диоптрии в год.

+0,41 D в год — это уже не статистическая мелочь. Это скорость, с которой может меняться зрение ребёнка.

Что это означает сегодня?

Для врача — это прежде всего медицинская проблема.

Для руководителя клиники — ещё и сигнал о том, как будет меняться структура пациентопотока в ближайшие годы.

Пандемия сформировала целую когорту детей, у которых совпали сразу несколько факторов:

— меньше времени на улице;
— больше экранной нагрузки;
— дистанционное обучение;
— изменение привычного режима дня.

И всё это пришлось на возраст, когда зрительная система ребёнка активно развивается.

⏳ Самое важное — смотреть на несколько лет вперёд

Сегодня многие из этих детей находятся в 3–5 классах.

Через несколько лет часть из них может прийти в клиники уже с высокой миопией и связанными с ней осложнениями.

Но здесь есть принципиальная разница.

Можно дождаться этого пациентопотока и заниматься последствиями.

А можно начать работать с этой группой детей сейчас, когда прогрессирование миопии ещё можно замедлять.

Что это меняет для клиники?

На мой взгляд, главный вывод не в том, что нас ждёт «новая волна» пациентов.

Главный вывод — меняется сама логика работы с детским зрением.

Нам необходимо развивать:

🔹 раннее выявление миопии;
🔹 регулярное наблюдение детей из групп риска;
🔹 современные программы контроля прогрессирования;
🔹 информирование родителей;
🔹 профилактические и диагностические программы.

Хорошая медицинская стратегия начинается не тогда, когда пациент пришёл с осложнением. Она начинается значительно раньше.

Именно поэтому статистику важно воспринимать не только как цифры прошлого.

Для руководителя клиники это один из инструментов, позволяющих увидеть будущее пациентопотока и подготовиться к нему заранее.

Пандемия закончилась.
Её последствия — нет.

И наша задача как медицинского сообщества — сделать так, чтобы эти последствия для зрения детей были минимальными.

Камчатка — любовь навсегда и про энергетический островок

Семь дней с Ириной на Камчатке — и ощущение, будто прожили отдельную, насыщенную жизнь.

Камчатка не про лежаки и формат «всё включено». Это территория движения, силы, первозданной природы и впечатлений, которые остаются с тобой надолго.
Здесь вулканы напоминают, насколько человек мал перед масштабом планеты. Восхождения — это всегда преодоление себя: шаг за шагом, через усталость, ветер и высоту. А вокруг — контрасты, которые невозможно передать фотографией: снежники среди лета, бескрайняя тундра, вулканические пустыни, зелёные сопки и Тихий океан, который кажется бесконечным.

Камчатка — один из самых молодых и активных вулканических регионов Земли. На полуострове более 300 вулканов, около 30 из которых действующие. Не случайно вулканы Камчатки включены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО: это живая геология, которую видишь не в учебнике, а своими глазами.

За эти семь дней было всё:
— восхождения на вулканы и новые личные вершины;
— морская прогулка с косатками, китами, дельфинами и тюленями;
— морская и речная рыбалка;
— пляж на берегу Тихого океана;
— сплав по реке и встречи с медведями в их естественной среде;
— тёплые, открытые и по-настоящему душевные люди Камчатки.

Особенным стал день рождения Ирины. Мы провели его по-камчатски: лайт-марафон с посещением океанского пляжа, обед на берегу Тихого океана, вечерний SPA и праздничный ужин в ресторане. Формат, который невозможно придумать специально — он просто случается в правильном месте и с любимым человеком.

Всего семь дней. Но по внутреннему наполнению — как несколько месяцев жизни.
Камчатка — это не просто точка на карте. Это энергия, масштаб, свобода и честный разговор с собой.
Рекомендую хотя бы раз увидеть её своими глазами.

Недельный дайджест 🩵

собрал главное и самое важное, о чём говорил на этой неделе:

🎤 Сберфест: конкуренция сегодня — это конкуренция моделей управления

Много сильных мыслей и идей, которые уже хочется применять в работе. Особенно запомнилось: «В современном мире нет конкуренции товаров, продуктов и услуг. Есть конкуренция моделей управления».у

🏔️ Нашёл новое место силы

Аршан, Тункинская долина и дацан «Бурхан-Баабай». Место, где история, природа и культура соединяются в одну особенную атмосферу. Делюсь тем, куда хочется возвращаться.у

👁️ С Международным днём офтальмолога

Сказал спасибо коллегам, наставникам и командам, с которыми каждый день делаем одно большое дело — помогаем людям сохранять самое ценное.

🧑‍💼 «Отобранный опыт» — детям и сотрудникам

Иногда, желая помочь, мы забираем у человека возможность получить собственный опыт. Это работает и в воспитании детей, и в управлении командами. Важно не делать всё за человека, а создавать условия, в которых он сможет вырасти.

👓 Эпидемия миопии: медицина должна готовиться заранее

Близорукость становится всё более распространённой. Для медицинской системы это уже не только вопрос диагностики и лечения, но и вопрос готовности процессов, технологий и команды к растущему числу пациентов.

🔬 Миопия у детей: понимание вместо страха

Почему растёт близорукость, что происходит с глазом ребёнка и почему важно заметить изменения как можно раньше — рассказал в новом видео.

💬 Какую тему разобрать подробнее?
Пишите в комментариях — интересно узнать ваше мнение.

До встречи на следующей неделе! 🩵

Эпидемия миопии — понимание вместо страха

Сегодня близорукость становится всё более распространённой, особенно среди детей. И здесь важно не пугать родителей, а понимать, что происходит со зрением ребёнка и почему миопия может прогрессировать.

Глаз адаптируется к современному образу жизни, где много времени приходится на работу на близком расстоянии. При прогрессировании миопии глаз продолжает удлиняться — и именно поэтому важно контролировать не только остроту зрения, но и изменения самого глаза.

Миопию нельзя просто «вылечить», но её прогрессирование можно замедлять. И чем раньше заметить изменения, тем больше возможностей для контроля.

В новом видео рассказываю, почему растёт миопия у детей, как её контролировать и почему важно увидеть изменения ещё до того, как ребёнок сам скажет: «Я плохо вижу».