― Травник

― 16 лет (24 года)

― Диагноз Глазокожный альбинизм, близорукость, ослабленный иммунитет,психосоматика, аутоагрессия.
(Хоть это и заболевания, с которыми можно спокойно жить, но нарцессичному отцу не хотелось больше возится с парнем, и тот решил дать некоторым влиятельным людям на лапу, чтобы парнишку забрали в возрасте 14 лет)
Симптомы:
Глазокожный альбинизм – это группа редких заболеваний, обычно наследуемых аутосомно-рецессивно, сопровождающихся гиперпигментацией кожи, волос и глаз.
Близору́кость - дефект зрения, при котором человек вблизи видит хорошо, а вдали - плохо. Этот дефект заключается в том, что из-за аномалии рефракции изображение фокусируется не на сетчатке глаза, а перед ней. Близорукость является разновидностью аметропии. Для решения этой проблемы можно пользоваться очками или контактными линзами с отрицательными значениями оптической силы.
Ослабленный иммунитет из за непростого детства, от частых ссор родителей у ребёнка выработается психосоматика из за чего стал очень болезненным месяца не проходит, чтобы он не начал кашлять или падать в обмороки от жара. Ведутся попытки укрепить иммунитет, но появился небольшой прогресс с помощью уменьшения количества стресса у подростка. Хоть он давно не падал в обморок от высокой температуры, случаи простыть даже от открытой форточки не уменьшились.
Аутоагрессия, самые пиковые вспышки данного заболевания происходили за пределами дома, да на нём осталось множество шрамов с тех времён, но бывают мелкие вспышки по типу выдергивания волос и раздирания рук в кровь, во время сильной вспышки эмоций или же воспоминая и не лучшем детстве, но они уменьшаются как только он снова начинается заниматься своим растениями или отвлекается на помощь другим.
Лечение:
Курсы витаминов и антибиотиков, и два в год полное обследования чтобы выявить заболевания на ранних этапах. Курсы капель для стабилизации зрения и уменьшения шансов полной слепоты. Правильное питание и физические упражнение.

― Ктыри

― Прыгун

― Мужской

― Характер. Его спокойствие - не благородная гладь пруда, а скорее тихая заводь, куда он причалил, спасаясь от бушующего океана мира. Кажется, будто он затонул в глубинах собственного "я", и шум чужих мнений до него не доносится, словно до раковины, лежащей на дне морском. Он - остров, окутанный туманом безразличия, мираж, скрывающий истинную суть.

За этой вальяжной, почти кошачьей ленью прячется робость, тонкая, как паутинка. Он обладает даром растворяться в пространстве, становясь невидимкой: в пустой комнате его можно не заметить, он превращается в часть пейзажа - тихий силуэт у стены, тень, уснувшая в кресле. Но если вы поймаете на себе его взгляд издалека – а его глаза, томные и внимательные, словно два тёмных омута, могут внезапно выловить вас из толпы, – он вмиг опустит ресницы, словно его застали за кражей звезды, и отступит в тень, слившись с людским хороводом.

Его тишина - не пустота, а глубокая, как корни старого дерева, укоренённая суть. Он стерпит всё: и боль, и оскорбления, и жестокость мира, становясь "человеком-камнем". Лишь бы не трогали его растения. Они - его молчаливые исповедники, его дети, его единственные по-настоящему понимающие душу собеседники, его "цветы зла".

Но есть и другой он. Тот, кто в разгар шумного пира незаметно ускользает на кухню, чтобы заварить для опьянённых весельем гостей успокаивающий чай, "чай забвения". Тот, кто будет сидеть с вами на ледяном подоконнике в три часа ночи, курить и слушать ваши исповеди, не перебивая ни словом, а его молчаливое присутствие ощущается как тёплое одеяло, сотканное из сочувствия и понимания. Сначала он может показаться неприступной скалой, скованной льдом, но это как с цветами: если к нему не проявить солнечного тепла, он свернётся в клубок, ощетинится шипами, колючее кактус. Но стоит пролить на него луч тепла – и он распустится, словно экзотический бутон, явив миру свою уязвимую, нежную и разомлевшую душу, словно "сон трава в лунную ночь".