= Посттелевизионное =

Если очень долго смотреть на горящий ящик,
то смещается фокус, и кажется: во́т она —
жизнь: твоя. яркая. настоящая.
а не жвачка «работа-магаз-дом-работа».

Из сырого окопа, сидя в уютной квартире,
ты глядишь на врага.
В подсознании грань тонка.
Я живу в России
24.
А хотел бы в Россию К.

Проблема в том, что быт налажен:
тем, кто сводят концы, не до мыслей о всякой фигне.
С каждой новостной сводкой всё менее страшно.
Повторяешь, как мантру: «сверху видней».

Допустим, сверху и правда лучше видно:
разведка, ИИ, анализ больших данных...
Даже война — и та уже гибридная,
а ты, как и был, деревянный.

Мы идём по особенному пути!
Защитники, вежливые, отважные!
Так дрочили на ВОВ,
что смогли её превзойти
по длительности (спасибо, не по потерям пока что).

Правильных слов и реальности несоответствие,
ощущение себя овощем, ничего не решающим,
неврозы, депрессия и агрессия
в отношении слабейших и ближайших.

Бывшая,
прежде чем уйти,
ругала меня по английски:
абьюзер, газлайтер, и как таких носит земля...
Знаешь, это Россия, детка: мы все в зоне риска.
К тому же, у меня были хорошие учителя.

Отключил телевизор — невыносимая тишина.
Если Бог это всё допускает, то я недоволен Богом.
На годовщину подари мне, жена,
рыжую шлюху с повышенным болевым порогом.