💥 Обновление от товарище:к, присоединившихся к народному каравану, в ходе которого 29 международных товарищей были арестованы и депортированы из Турции:

«Здравствуйте, друзья. После того как я уже несколько дней как вернулся(лась), хочу поделиться с вами кратким обновлением о событиях, связанных с Народным караваном в Бакуре. Мы были “невидимой” частью Народного каравана, поэтому въехали в Турцию более скрытыми путями, чем публичная часть каравана. Это позволило нам вместе с товарищами из партии DEM отправиться из Стамбула в Суруч, Бакур.

Мы — 29 интернациональных товарищей, сопровождаемые представителями партии DEM, HSK, адвокатами, депутатами парламента и медицинским персоналом — прибыли туда в пятницу, 30 января. Полиция уже пыталась остановить наш автобус по дороге, но нам удалось вовремя сменить маршрут. Мы провели один день в Суруче, в 7 км от Кобане, празднуя международную солидарность с местными жителями: танцевали на улицах, проводили демонстрации на площади, занимались пресс-работой. Нас глубоко тронуло, насколько тепло и с какой силой люди нас приняли, и та глубокая связь, которую мы почувствовали с жителями Суруча уже в момент прибытия. Мы ощущали, что само наше прибытие туда — это уже победа, которую Турция пыталась предотвратить, но безуспешно.

Несмотря на наше большое желание остаться с людьми в Суруче, мы как караван приняли решение уехать в ту же ночь, чтобы не подвергать жителей Суруча опасности. Весь день за нами следила тяжеловооружённая полиция, и уже было ясно, что ночью нас могут арестовать. Когда автобус выехал из Суруча, полиция остановила его и арестовала всех 29 человек.

Нас разделили на группы, отвезли в полицейский участок, а затем на автобусах — в центр депортации/содержания при аэропорте Стамбула. Я оказалась в группе из 15 женщин, которых везли в одном автобусе с 15 турецкими полицейскими — дорога до Стамбула заняла 18 часов. Во время поездки полиция пыталась унизить и сломить нас, например, не давая воды, не пуская в туалет, а также через насильственное и патриархальное поведение. Они открыто демонстрировали свою фашистскую идеологию, включая на полной громкости фашистскую музыку в автобусе, чтобы довести нас до изнеможения, и показывали фашистские жесты «Серых волков». Но им не удалось нас сломить: мы действовали коллективно, выдвигали требования и протестовали, благодаря чему смогли добиться того, что нам дали необходимое и заслуженное. Во время поездки мы также смогли вмешаться и остановить попытки надеть наручники и избить людей, а также заставили их прекратить включать фашистскую музыку.

В аэропорту нам сообщили, что нас депортируют, но не объяснили почему и когда. Мы потребовали встречи с адвокатами, но нам сказали, что это запрещено. Поскольку нам приходилось добиваться своих базовых прав, конфликты и напряжение становились всё более жестокими. Некоторые девушки подверглись нападениям со стороны полиции, некоторых даже душили за то, что они высказывались. Нам угрожали ещё более жёстким насилием, если мы не замолчим и не будем сотрудничать.

Во время содержания и депортации некоторые товарищи подверглись тяжёлому насилию. Одну группу избили, заковали в специальные фиксирующие ремни на всё тело и в таком виде депортировали в их страны, передав местной полиции. Поскольку перед этим им наносили удары по голове, один товарищ потерял сознание во время полёта. Мы договаривались, чтобы нас депортировали группами и в места, которые мы сами выберем, однако некоторых всё равно депортировали в одиночку и в случайные места.

Все 29 человек были депортированы в воскресенье, 1 февраля, ещё до того, как мы смогли увидеть адвоката, не зная причин и не получив никакой информации. У нас изъяли наличные деньги, чтобы оплатить билеты на рейсы, при этом не выдав никаких квитанций».