А ЧЁ, Б** ЕСЛИ НЕТ!?
(имена изменены)

Вызов: пациентка, возрастом 90+, упала, подозрение на перелом шейки бедра. Дежурные на месте.

Приезжаем: пациентка в полном сознании, сидит полулёжа на кресле, жалуется на боли в тазобедренном суставе, колено опухшее.

Ребята из "Ихуд haцала" (Союз спасения) рапортуют о подозрении на перелом шейки бедра и об ушибе колена, я начинаю собственный осмотр и все их слова подтверждаются.
При этом, начинаю осознавать, что в данном случае есть один очень мешающий фактор - 70+ летняя дочь пациентки, которая орёт на всех не умолкая выражает некое недовольство ситуацией, но в её воплях на сотни децибел форме объяснения невозможно разобрать ни слова. И вдруг, я улавливаю от неё фразу: "Кто здесь глава бригады?!" и говорю:
- Я. Что здесь случилось, я слушаю.
- Что вы о себе возомнили, я...
Обрываю её на половине слова и включаю собственные децибелы начинаю диалог:
- Представься, для начала!
Но "оно" не умолкает:
- У моей мамы болит нога и ей нужно в больничную кассу! Не видишь, что ей тяжело встать!?
- Я вижу у твоей мамы подозрение на перелом шейки бедра и травму колена. Это объяснение тому, что она не может встать. Посмотри: у неё...
Но ор не умолкал:
- Откуда ты знаешь? Ты ей сделал рентген? Ты врач? У неё болит нога и ей надо в больничную кассу. Я это всё хочу слышать только от врачей!
Делаю вторую попытку что-то объяснить:
- Мы не имеем право вести её в больничную кассу, потому...
Ор только возрастал, желание меня услышать равнялось нулю:
- Я сказала, что она не...
Здесь я понимаю, что нужно вышибать клин клином и включаю все свои децибелы, какие были, с целью переорать это существо донести нашу позицию:
- Значит так! Я вижу слушать меня ты не хочешь, а вредить своей маме тебе доставляет удовольствие. Сейчас я выйду отсюда вместе с бригадой, а ты продолжай орать, как ненормальная! Жаль, что у твоей мамы такая ненормальная дочь! Очень жаль! Ребята, оставьте её маму страдать из-за дочери, выходим! Продолжай!

Сказать, что ор и не думал утихать - ничего не сказать: оно орало, не умолкало и не хотело слышать только свою мантру, про "у мамы болит нога, ей нужно в больничную кассу, кто вы такие чтобы решать, я так хочу и слушать буду только врачей". На этой высокоорущей ноте, мы вышли в подъезд.
Набираю диспетчера, объясняю ситуацию и добавляю, что пациентка полностью вменяема, и сквозь ор дочери несколько раз согласилась ехать в больницу, но услышана ею не была. Диспетчер просит включить громкую связь и поговорить с дочерью, а по мере моего приближения к источнику ультра-высоких децибел, начал жалеть, что не глухой понимать безнадёжность ситуации, но всё же начал говорить:
- Добрый день! Я Нир, диспетчер МаДА. С кем я говорю?
Децибелы не умолкали, и только когда Нир повторил свой вопрос в четвёртый раз, обратили внимание:
- Я Меира.
- Кто ты пациентке?
- Дочь. А что не так!? Я им...
Включившиеся вновь децибелы вдруг услышали "странный" вопрос:
- Ты назначеный судом опекун своей мамы, или нет?
Децибелы даже не услышали вопрос, повтореный раз пять, продолжая повышаться и диспетчер изменил вопрос:
- Ты готова нести уголовную ответственность за ухудшение состояния мамы и её дальнейшую смерть?
Децибелы, аж опешили и диспетчер повторил вопрос, на что раздался ор прозвучал вопрос:
- Откуда ты знаешь, что моей маме нужно в больницу? Ты врач? Я вижу и я знаю , а вот эти вот...
Но диспетчер оказался тем ещё троллем:
- Скажи мне, а ты врач и рентгенный аппарат одновременно? А твои крики - это видимо подзарядка? Я понял. Ты просто хочешь скорейшей маминой смерти и получения наследства... Что? Я раскрыл твой план?
Децибелы аж побелели, но мгновенно замолчали и в эту "паузу", диспетчер продолжил:
- Либо ты сейчас выполняешь указания командира бригады, либо я вызываю полицию. Как я вижу - ты издеваешься над немощной старушкой, а это уголовно наказуемо и тогда наследства тебе точно не видать. Представляешь свой портрет в газете, с таким заголовком? Я и журналистам сейчас позвоню, а их это очень заинтересует. Идёт такой вариант?
Децибелы "вдруг" стали более сговорчивыми и согласились везти свою маму в миюн.
⬇️