КИСЛОРОДНОЕ УПУЩЕНИЕ
(имена изменены)

Время близилось к концу вечерней смены, несколько минут до этого - провели госпитализацию и закончили отчёты.

Вызов: перевозка пациента из больницы домой. Есть дыхательная проблема, возьмите с собой кислородный баллон.

Учитывая то, что речь шла о той же больнице, мы поднялись в отделение, узнали у смены детали о пациенте (дыхание затруднено, дома использует кислородный аппарат, перенёс двустороннюю пневмонию), забираем документы, усаживаем, решаем на месте финансовую часть дела и выезжаем, в направлении его города - ехать нужно было около получаса, к тому же в зону обстрела.
По дороге пациент был подключен к большому кислородному баллону, на больничный уровень литража и ехал без жалоб, кроме истории о том, что и в больнице, и до госпитализации, дышалось ему тяжело.
Привезя его домой, он попросил подключить его к домашнему кислородному аппарату, что мы и сделали, но вот тут начались странности.
По звонку от диспетчера, я понял, что мы "немного задержались" на месте, но я не имел права покинуть пациента, не убедившись, что его сатурация равна 95-100%, о чём доложил диспетчеру. Так прошло ещё минут десять, но сатурация не поднималась выше 87%. Пациент попросил включить аппарат на максимум (5 л/мин), что я и сделал, но показатель в 88% сильно озадачивал. Когда я увидел, что пациент откровенно задыхается, попросил бригаду принести из машины наш кислородный баллон, подключил пациента к нему и увеличил подачу до 8 литров - минуты через две, показатель вырос до 92% и я решаю пустить ему все 10 л/мин и получаю ожидаемые 96%. Надо сказать, что я поднимал литраж, пока не увидел на оксиометре требуемые 100%.
Понимая, что пациент так долго не протянет, а кислород у нас ограниченый и дома его оставлять не представляется возможным, понимаю что здесь явно какое-то врачебное упущение и звоню нашему дежурному врачу:
- Медицинская диспетчерская, говорит доктор Эйяль.
- Доктор, добрый вечер! Бригада Аялон-2048. Мы находимся по адресу доставки пациента. Ситуация такая: пациент выписан из больницы и доставлен нами домой. Сатурация на домашнем кислородном генераторе, работающем на максимуме в 5 л/мин даёт ему показатель в 87% и не поднимается. Мною было решено поднять подачу до 12 литров, подключив его к нашему баллону. Результат - 100%. На мой взгляд, дома ему оставаться опасно для жизни, его прибор не подходит ему, а у нас кислород ограничен. Такими темпами, могу довезти его до Ассуты-Ашдод - это ближайшее.
- Ясно. Каково его мнение?
- Сейчас узнаю.
Включаю телефон на громкую связь, чтобы тот мог поговорить с врачом, потому что каждое моё слово он слышал, но противился госпитализации.
У врача ушло ещё 10 минут уговорить пациента ехать в больницу, но тот искренне не понимал зачем, если сейчас ему хорошо дышится. Связь между заканчивающимся кислородом в нашем баллоне и его слабым аппаратом, с которым он до утра может не дожить он не улавливал, точне - никак не понимал, что его домашний аппарат его убивает слишком слабый и ему требуется новый и только новый!
- Эйяль, кислород не вечный, везти надо срочно. Переведи меня диспетчеру.
- Перевожу.
Послышались гудки переадресации, диспетчерская смена уже сменилась. Пришлось объяснять ситуацию сначала и добавить:
- Я решаю срочно везти его в Ассуту-Ашдод, с врачом говорил, добро получил, семью предупредил. Открывай нам новый вызов, отчёт будет длинным.
Пациент наконец-то созрел понял, что его жизнь прямо пропорциональна содержимому баллона и согласился.
До Ассуты-Ашдод долетели добрались быстро, но тут же натолкнулись на нежелание выстроить причинно-следственные связи, со стороны персонала миюна. Трижды объяснил, пока поняли... А потом... не знали, какой диагноз ему вписать!!! Пока персонал мычал и телился, а пациент утверждал, что задыхается, я подробнее изучил его историю болезни и сделал матерный неутешительный вывод: и в предыдущей больнице, и до неё, и после, никто не обращал внимание на то, что устоявшиеся 4-5 литров кислорода уже пациенту недостаточны и нужно увеличивать подачу! Никто!

Почему только мне было до этого дело, вопрос риторический...