Спасибо всем за комментарии под вчерашним постом. И отдельно – за заботу. Я все-таки заставил себя выйти в город, и стало легче.

А еще были вопросы о том, где я работаю. Неужели служба в храме так убивает? Нет. У меня есть обычная работа с девяти до шести. И, кажется, я мало рассказываю о том, чем вообще занимаюсь.

Я работаю в BYSOL. Это беларуский благотворительный фонд. Мы помогаем репрессированным беларусам и беларуским добровольцам в Украине. Я отвечаю за направление сборов.

Каждый день я принимаю заявки на помощь, верифицирую их, пишу тексты для сайта, кому-то отказываю, кого-то направляю, перенаправляю, слушаю, советую, выкладываю сборы, отдаю сборы в СМИ, общаюсь со СМИ, закрываю сборы, выплачиваю деньги.

Вот тут можно посмотреть поближе: https://bysol.org/ru/private (нет, это не реклама).

Конечно, я не один. BYSOL – это команда, и каждый год мы собираем больше миллиона евро и распределяем их на помощь. Кому-то нужно две тысячи, кому-то пять.

Еще есть эвакуация, которая помогает людям безопасно выехать из Беларуси. Есть консультация, которая помогает легализоваться. Есть горячая линия – что-то вроде срочной психологической помощи. Есть комгруппа, которая обо всем этом рассказывает.

А вокруг люди. Люди в травме. Людям страшно. Людям больно. Кто-то умер. Люди не понимают, куда бежать и что происходит. Они просят. Они плачут. Они требуют. Они уже ничего не хотят. И этот поток не заканчивается. Потому что война и репрессии продолжаются.

Я люблю свою работу. Потому что священник в эмиграции чем-то таким и должен заниматься. Но иногда я выгораю. Беру отпуск, но не могу сразу отпустить ниточки всех историй, которыми занимаюсь. Поэтому и стрессую.

Сейчас я еду в Дюссельдорф. Буду обниматься с отцом Андреем К, заеду к Наталле В, потусю с отцом Валерианом Д. Может быть, даже напишу сценарий для ролика (но это не точно).

А вам большое спасибо за вчерашнюю поддержку. И за то, что вытащили меня на улицу.