📰 Капитуляция воли.
📄 Роман Шамолин об особенностях русского бунта, картины мира и растворенности в пространстве и государстве

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КАЛИТИНЫМ АНДРЕЕМ СЕРГЕЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КАЛИТИНА АНДРЕЯ СЕРГЕЕВИЧА

«Русская воля» не имеет драматической целеустремленности, не исторична. Она подобна тому бескрайнему и бесцельному состоянию природы, о котором поется в русских песнях про поле, дорогу, степь и разлив реки. Эта воля не про достижение целей, а про растворение в пространстве и в государстве. Нет тут определенности, нет тяготения к смысловой завершенности.

Но отсутствие целей, направления движения и определенности не означает для «русской воли» неподвижность. Воля здесь - это желание иметь мечты и желания. Правда, одновременно в культурный код встроен и некий базовый пессимизм, для которого изначальна ясна иллюзорность и тленность всего желаемого. Стремление выйти наружу, в мир конечных форм, и ощутить смысл этих форм сочетается здесь с бессильной внутренней статичностью, которую можно назвать как «глубинным покоем» души, так и просто энтропией или нехваткой сил.

Это сочетание делает из «русской воли» своеобразный феномен, где вдохновляющий порыв к воплощению, к реализации себя гаснет уже вскоре, на ранних стадиях, натолкнувшись на энтропию, которая из века в век закрепляется «народной культурой» в образах бескрайнего и бесцельного нечто.

Только начав целеустремленное движение к миру и к проектам по совершенствованию собственной формы, «русская воля» быстро возвращается назад, к своей изначальной бесформенности, к базовому пессимизму. И вернувшись, как будто говорит сама себе: «Всё это была лишь иллюзия».