Сейчас я ищу их, ищу и не знаю,
Не знаю, найду ли, но всё же мечтаю.
Мечтаю однажды открыть дверцу шкафа,
Шкафа — и встретить знакомую ткань.
Ткань чёрная, строгая, новая, плотная,
Плотная — значит, опять же, заметная.
Заметная — значит, как можно пропасть?
Пропасть на два дня? Ну как вам не стыдно?

Стыдно? Штанам? Да, возможно, немного.
Но если они где-то стоят у порога,
У порога лежат и спокойно молчат,
Молчат, потому что мне всё не сказать.
Не сказать им, что я их искала повсюду,
Повсюду — по дому, по каждой минуте.
Минуты сменялись часами, часами —
А я всё искала глазами, глазами.

Глазами — по полкам, по стульям, по стенам,
По сумкам, коробкам, шкафам и системам.
Системы нет — есть хаос и горе,
Горе большое, хотя это всего лишь
Всего лишь штаны. Но штаны-то мои.
Мои — и поэтому важны для меня.
Для меня это тайна, загадка, история,
История с самым нелепым финалом.

Финалом, который пока неизвестен.
Неизвестно, где вы. Неизвестно, зачем.
Зачем вы ушли? Кто вас спрятал? Куда?
Куда вы исчезли всего за два дня?
Два дня меня не было — только два дня.
А вы, мои чёрные, сделали так:
Я вышла из дома — вы были.
Вернулась домой — вас не стало.

Не стало — и стало вдруг слишком заметно,
Как много в квартире бывает предметов,
Которые кажутся вечными, вечными,
Пока не исчезнут внезапно и бесследно.
Бесследно — и снова я думаю: «Где?»
Где мои штаны? Где мои штаны?
И сколько ещё мне ходить по квартире,
Пока наконец не увижу их снова?

А если найдутся — я даже не буду
Ругаться, смеяться, устраивать бурю.
Я просто возьму их, прижму и скажу:
«Вы знаете, сколько я вас искала?»
И если молчание будет ответом,
Ответом на все мои две ночи,
Я просто надену их — новые, чёрные —
И выйду спокойно, как будто всё кончено.

Конечно, не кончено — я ещё вспомню,
Вспомню два дня и весь этот хаос.
Хаос из мыслей, из поисков, версий,
Версий о том, где вы были и есть вы.
Есть вы или нет — это главный вопрос.
Вопрос остаётся, пока вы не найдены.
А значит, история всё ещё длится,
Пока мои чёрные где-то таятся.

Таятся, молчат и спокойно стоят,
Стоят, никого ни о чём не спросят.
Не спросят, куда я уехала вдруг,
Не скажут, кто трогал, не скажут, кто взял.
И только когда-нибудь, может быть, позже,
Я встречу их там, где не думала вовсе.
И в этот момент я пойму наконец:

Не потерялись они.
Они просто ушли на два дня.