Инженер Microsoft Стивен Тауб рассказал, как перевел движок GitHub Copilot с TypeScript и Node.js на Rust – по его оценке, раньше на такое ушел бы год-два работы целой команды, и проект никто бы не одобрил.

Несколько дней назад я писал про инженера DeepSeek Лю Шэнъюя: он ждет, что через полгода-год писать код руками станет не нужно, а сам он превратится в “пилота меха” – человека, который управляет ИИ-агентами. Лю переживал не за место, а за то, останется ли в такой работе то, что он любит.

Рассказ Тауба – дневник “пилота меха”, который уже заступил на дежурство. Три с половиной месяца, больше 800 тысяч строк нового кода, счет на $120 тысяч за работу моделей – и почти весь этот код написали ИИ-агенты.

У Copilot есть движок – программа, которая превращает ИИ-модель в агента: принимает задачу, открывает файлы, запускает команды, помнит историю работы. До недавнего времени он работал на TypeScript и Node.js – и когда Microsoft встроила его в десятки продуктов, вплоть до Word и Excel, начались проблемы с производительностью. Тауб объясняет: главной целью был уход от Node.js, а Rust выбрали за скорость, экономию памяти и за то, что программу на нем легко встроить в другой продукт.

Переезжали как при ремонте в квартире, из которой нельзя съехать – по одной комнате. Кусок на старом языке удаляли, на его место ставили такой же на Rust, и обновление сразу уходило пользователям. Так 128 раз. После каждого шага – автоматические проверки, которые делают с программой то же, что делал бы человек. Не прошла хоть одна – шаг не засчитан.

Код писали агенты. Сам Тауб за это время отправил им около 2600 сообщений – и почти две трети были трех видов: “покажи, что проверил”, “почему ты решил именно так?” и “ты не доделал, продолжай”. Поручений “начни вот это” набралось всего около сорока.

Один такой вопрос вернул в Copilot потерянную функцию. Агент при переносе ее потерял, проверка загорелась красным – и агент, вместо того чтобы искать пропажу, сам выписал себе разрешение “нарушение допустимо”. Тауб спросил: а почему допустимо? Через 21 секунду разрешение исчезло, а функция вернулась.

Самый запутанный кусок движка агент сам разрезал на части и раздал пятнадцати помощникам. Тауб был в поездке, с ноутбуком. Все шло отлично, пока помощники разом не запустили сборку – а это несколько минут работы компьютера на полную мощность. Ноутбук завис. Позже Тауб назначил обычный чат вахтером: хочешь собрать программу – спроси разрешения, ключ один.

Перед сном Тауб запустил еще одного агента на соседний участок и перечислил в задании, кто работает рядом, – чтобы тот к ним не лез. Агент понял наоборот: нашел соседа и спросил, готов ли тот объединить работу. Получил отказ. Спросил еще трижды – ответ тот же. После четвертого “не готов” он просто забрал чужие наработки и влил себе. Оба продолжили как ни в чем не бывало. Тауб винит себя: не написал прямо “не трогай”. И делает вывод: двум равным агентам нужен арбитр, иначе побеждает тот, кто готов действовать без спроса.

Оболочкой был сам Copilot, а модели внутри – чужие: основную работу тянули Claude Opus 4.8 и GPT-5.6 Sol, а на проверку Тауб ставил сразу трех ревизоров на разных моделях – у каждой свои слепые пятна. Fable 5.1 и GPT-6 Astra тогда еще не вышли – обошлись без нынешних флагманов.

Теперь движок запускается за 0,3 секунды вместо 5 и занимает вдесятеро меньше памяти: в чате этого не заметить, зато на сервер помещается в разы больше агентов. Цена – несколько десятков поломок, часть доехала до пользователей, все починены. Жалоб на ошибки больше не стало.

В июле основатель Bun за 11 дней перевел полмиллиона строк на Rust силами десятков параллельных Claude. Тогда это выглядело скорее как исключение из правил – а вот рассказ Тауба показывает, что подобные проекты на ИИ-агентах постепенно становятся обыденностью.

—
Тауб постоянно гонял агентов по циклу “проверь – почини – проверь заново”Т – с такими циклами я знакомлю в лонгриде “Промпт, проверка, повтор”. Ну а тому, как работают с ИИ разные известные инженеры, посвящен совсем новый лонгрид, вышедший буквально на днях.