Не буду притворяться, что очень много знаю о том, как содержат животных в вивариях, выделяют клетки из образцов ткани, титруют, секвенируют и прочее. Однако, как теоретик, я понимаю над чем приходится размышлять по окончании испытания лекарства, которое предсказало продление жизни, и я попробую построить свое видение от этого, хотя безусловно есть тысячи прекрасных ученых, перед которыми я просто буду виновато кивать и записывать - именно с ними, на самом деле, и должен строиться Экспериментальный отдел.
Что будет делать отдел?
Эксперимент по продлению жизни животным это не rocket science. Мы прекрасно знаем, что ограничение калорий продлевает мышам жизнь до 15%. Мы знаем, что в стерильной лаборатории работает рапамицин. У нас есть спорные данные по метформину, акарбозе, 17-alpha эстрадиолу, мелатонину и даже аспирину (больше данных тут). Есть попытки предсказывать молекулы продлевающие жизнь с помощью ML [препринт]. Мы также знаем, что комбинация рапамицина и траметиниба дает продление жизни на более чем 30%. Иначе говоря, заявленные в цели 30+ лет здоровой жизни, если пересчитать в проценты уже достижимы в мышах. Однако эти результаты не транслируемы в людей и это проблема.
Глобально я вижу, что задачи отдела должны разбиваться на 2 главных направления.
- Экспериментальный отдел должен тестировать новые терапии против старения на животных, что непосредственно относится к KPI всего блока. Но кроме того, отдел должен проводить независимое воспроизведение результатов известных терапий, коих сегодня уже насчитываются сотни. Выбор модельного объекта (мышь, крыса, собака, рыба, червь, муха) - предмет отдельного искусства экспериментатора и научной гипотезы, которая будет лежать в основе. Совершенно понятно, что KPI продлить жизнь мышам даже на 30% видится достижимым и неамбициозным в свете существующих публикаций. Поэтому KPI должен уточняться более амбициозными задачами чем-то вроде достижения 40% продления жизни мыши без использования генетического редактирования эмбрионов, дабы не создавать искусственно мутанта, которого мы лечим от генетической болезни и тем самым, якобы продлеваем жизнь.
- Экспериментальный отдел должен тестировать молекулярные механизмы старения. И здесь спектр возможных задач просто неисчерпаем. От single-cell секвенирования и репрограммирования, до ВЭЖХ, гистологии, масс-спектрометрии и экспериментов по гетерохронному парабиозу. Сюда же я бы отнес отдельный классс экспериментов по отбору на долголетие - это когда дают размножаться только тем животным, которые, оставаясь фертильными, дожили до преклонных лет. В общем, все что может придумать экспериментальная геронтология (а она может придумать очень многое) и все что будет иметь смысл, должно быть включено в смету. Говоря конкретнее: из перспективных, с моей точки зрения направлений исследований я бы выделил:
1) Исследование старения межклеточного матрикса: масс-спек, гистология, секвенирование, органоиды - не только потому что матриксная теория старения очень компактная и красивая, но и потому что сама область не слишком хорошо исследована в контексте старения.
2) Частичное репрограммирование тканей: шумная и многообещающая область, (возможно даже слишком). Вряд ли даст нам системное омоложение, но, по крайней мере, может предложить таргетную регенерацию тканей, что тоже интересно в контексте поставленной цели.
3) Исследование клональной экспансии и снижение разнообразия репертуара Т-клеточных рецепторов с возрастом. Горячая тема, связанная с иммуно-воспалением - точно нельзя проходить мимо.
4) Омоложение нейроэндокринной системы - разработка гормонально-заместительных терапий. Пас в сторону нейроэндокринных и метаболических теорий старения - они очень хороши и предлагают очень изящное решение проблемы, которое стоило проверить.