#польза_делу
#банкротство
#методичка_гридиной
Работает ли в банкротстве соглашение контролирующего должника лица об ограничении ответственности за неразумные действия в юридическом лице?

Как известно, норма статьи 53.1 ГК РФ допускает возложение ответственности в виде убытков на:

1️⃣ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юрлица уполномочено выступать от его имени;

2️⃣ членов коллегиальных органов юрлица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юрлицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании;

3️⃣ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юрлица, в том числе возможность давать указания лицам, перечисленным в пунктах 1) и 2).

Из содержания пункта 5 той же статьи следует, что:

⚠️ допускается заключение соглашений об ограничении ответственности за НЕРАЗУМНЫЕ действия лиц, указанных в пунктах 1) и 2), то есть формализованных органов управления перед любым юридическим лицом, за исключением ПУБЛИЧНЫХ обществ.
❗В публичном обществе ответственность есть всегда;

⚠️ лица, указанные в пункте 3), то есть фактически контролирующие юридическое лицо, ни при каких обстоятельствах не освобождаются от ответственности за неразумные и недобросовестные действия.

‼️Итак, право на жизнь имеет лишь соглашение об ограничении ответственности за НЕРАЗУМНЫЕ действия формализованных органов управления любого юридического лица, кроме публичного общества.
И такие примеры есть в практике - Постановление АС Северо-Западного округа от 17.09.2019 по делу N А56-110532/2018, Постановление АС Западно-Сибирского округа от 22.11.2018 по делу N А45-8908/2018.

✏️Как же наличие такого соглашения может помочь при банкротстве юридического лица?

В деле о банкротстве возложение на контролирующих лиц ответственности в виде убытков происходит либо при рассмотрении обособленного спора о субсидиарной ответственности (пункт 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве") либо в отдельном обособленном споре, но тоже, исключительно в рамках дела о банкротстве (ст. 61.20 Закона о банкротстве, пункт 68 того же Постановления N 53).

‼️Никакие нормы Закона о банкротстве или судебная практика не сужают и не ограничивают действие общих норм ГК РФ, регулирующих материально-правовые вопросы взыскания убытков с лиц, указанных в норме 53.1. ГК РФ.

Вывод: контролирующие должника лица (КДЛ), если они отнесены к тем, кто упомянут в пунктах 1 и 2 статьи 53.1. ГК РФ, вполне могут защищаться от требований о взыскании УБЫТКОВ, причиненных должнику, ссылаясь на ранее заключенные с обществом соглашения об ограничении ответственности за свои неразумные действия.

Неприменимо:

❌ если должник – публичное общество;

❌ если убытки взыскиваются с КДЛ за недобросовестные действия (остается только доказывать, что они были неразумными);

❌ если КДЛ не относился к формализованным органам управления должником;

❌ если КДЛ привлекается к субсидиарной ответственности (в качестве способа защиты необходимо спорить о квалификации вида ответственности – субсидиарка или убытки).