Сирена скорой разрывала тишину. Наша машина вылетела на встречку, и я помню только оглушающий хруст металла.

Когда я очнулась в реанимации, врач сказал, что я выжила чудом, а вот водитель той машины... погиб.
Его сын, Денис, каждый день дежурил в коридоре.
Я ждала от него проклятий и ненависти — ведь из-за ошибки нашего водителя он потерял отца.
Но вместо гнева в его глазах была лишь оглушающая тоска.

Он стал приходить в мою палату, сначала просто чтобы молчать рядом.
Мы оба оказались на дне самой страшной ночи в жизни.
Но из этой общей боли и глубокого прощения постепенно выросло чувство, которое спасло нас обоих.