Привет, коллеги!

Приготовила большой пост на тему уборки и ремонта в лабе, но он выйдет в понедельник. А сегодня мне вот этот пост навеял воспоминания о работе в Каролинском институте. Просто хочу поделиться ими, так сказать, для полноты картины, как оно бывает.

В общем, там были такие чуваки, технический персонал. Их задача была в том, чтобы мыть и автоклавировать стекло, забивать носики, автоклавировать их и в общем обеспечивать всех чистой посудой. Учёные при этом приходили в специальную комнату, брали чистые пробирки и шли работать. А потом грязное относили в эту комнату.

Ещё там были такие чуваки, как инженеры. Если ломался прибор или просто что-то в лабе, то приходили эти чуваки и пытались всё починить. Если это было сделать нельзя, то они сами отправляли прибор в ремонт или вызывали службу. Учёные знали только то, что временно они пользуются другим прибором, пока этот в ремонте. Да, даже дорогущее оборудование дублировалось на случай поломки, если им активно пользовались все сотрудники.

Ещё там были прикольные ребята из бухгалтерии, которых я никогда не видела, и специальная система для закупок. Учёный вбивал в эту систему реактив, который он хотел купить, а эти классные ребята что-то делали и через пару дней приходил курьер и приносил заказ. Мне рассказывали, что бюрократия у них дикая, и на самом деле закупка приходит ещё до реального заключения конкретного договора и оплаты. Просто есть договор с поставщиком и огромное доверие к институту, что он так или иначе всё оплатит в срок. А наука ни в коем случае не должна останавливаться и ждать.

Кстати, для этих целей был ещё небольшой магазинчик с самым ходовым прям в подвале. Там можно было быстренько взять расходку, всякие киты для молекулярной биологии и то сё по мелочи, записать номер гранта в журнал и идти работать дальше.

Ещё я слышала, что там есть специальные омбудсмены, которым можно жаловаться, если научный руководитель как-то некорректно себя ведёт. Не знаю, работают они или нет, потому что случаев прямой агрессии, криков и оскорбления подчинённых я не слышала.

Интересно было и то, что ты мог прийти на работу в любое время, хоть ночью, без выбивания пропусков, согласований и поиска охранника, который тебе всё откроет. На верхнем этаже была большая зона для приёма пищи и хранения принесённого с собой. Двери везде открывались по кнопке, что было удобно, если заняты руки или если ты на инвалидном кресле. На всех этажах автоматы с бесплатным кофе, чаем и горячим шоколадом (его, мне кажется, я выпивала по паре литров в день).

По моим ощущениям, руководство Каролинского института делало всё возможное, чтобы учёные могли заниматься только наукой и не думать о других процессах. Вот такое вот странное управленческое решение.