раз уж начала писать про сошаге, напишу еще немного и про Punishing: Gray Raven (далее пгр), постапокалиптическую экшн рпг, интересную сложной кибернетической телесностью
кибертела персонажей отделяют их от мира “нормальных” людей — кто-то пошел на это добровольно, кто-то не очень, а кто-то с самого начала не был человеком
кибертело здесь представлено как разрозненное постмодернистское тело, как такой апокалипсис в себе, где тело отказывается от “нормальной” жизни, а может у него никогда и не было привилегии “нормальности” — кибертело таким образом отказывается от идеи жизни как прямолинейного нарратива, отказывается в принципе от “жизни” как чего-то определяемого
тело “после” жизни и за ее пределами работает как инструмент-экран, как манипулируемая и изменяемая форма, причем в эту форму входит и цифровое сознание: персонажи меняют тело с его функциями — фреймы, как это называется в игре — отчего тело нестабильно как форма и не существует в едином “каноническом” виде, так как все варианты тела (и сознания) соответствуют персонажу и любой из них можно использовать геймплейно
с геймплеем, кстати, особенно интересно, что в бою тело персонажа управляется практически как кукла-марионетка (есть даже девочка, прямолинейно задизайненная как марионетка без своей воли): по сути это достаточно стандартный геймплей, но в контексте истории он обретает дополнительное значение персонажа как инструмента, где ценность фрейма зависит от его эффективности и боевого перформанса — прямо как в гача-играх в принципе
однако пгр как игра также интересна тем что все фреймы очень индивидуализированы и детально проработаны, так что их сложно воспринимать как просто расходный материал — как и нарративно, конечно, у персонажей есть сколько-то индивидуальности и личной свободы в том как они обращаются со своими кибертелами и для чего могут их использовать — сами
пгр таким образом ставит интересные вопросы связи апокалипсиса с кибертелесностью: насколько внешний и внутренний апокалипсис способствует различным режимам дискриминации и контроля, а насколько напротив может освобождать и перестраивать режимы нормальности