​​Геральд Рауниг в "Tausend Maschinen" описывает необходимость критического исторического подхода к понятию машины. Делез и Гваттари в приложении к "Анти-Эдипу" вопрошают "какая общественная машина позволяет и требует появления специфических технических, аффективных, когнитивных, семиотических машин и их объединения".

Жиль Делез позже повторил идею машин как социальных феноменов в своем "Постскриптуме к обществам контроля", где он предлагает альтернативную нумерацию для, в данном случае, трех различных концепций машин: "Легко найти соответствие каждому типу общества в типе машины. Не потому, что машины определяют тот или иной тип общества, но потому, что они лишь выражают собой те социальные формы, которые их производят и используют. Старые общества суверенитета использовали простые машины – рычаги, тяги, часы. Более поздние дисциплинарные общества оснастили себя машинами, использующими энергию, вместе с пассивной опасностью энтропии и активной опасностью саботажа. Общества контроля имеют дело с машинами третьего типа – с кибернетическими машинами и компьютерами, пассивная опасность которых – зависание, а активная – пиратство и внедрение вирусов. Эта технологическая эволюция отражает на более глубоком уровне мутацию капитализма".