Тень моя, одичав, срывается в бурелом.

Роет норы до ада,
Разгрызает полые кости
И тревожно втягивает стылый воздух –
Сквозняки, небывалые здесь,
Из призрачно белых лесов.


Я за ней бреду с силками, от крови тяжелыми,
И горячечный бред ползет рядом,
Юродствуя и хохоча:

"Тень свою проморгав,
Потом не пытайся
В гнилостной мутной водице
Чистой ее изловить".