Футболка улетела куда-то в угол. Джаббер задержался взглядом на его груди - на сосках, которые уже затвердели, на ключицах, на шее. Он провёл ладонью по животу Занки - медленно, чувствуя, как мышцы под кожей напрягаются от прикосновения. Пальцы скользнули ниже, к поясу штанов.

- Приподнимись, - сказал он, и Занка приподнял бёдра.

Джаббер стягивал штаны не спеша. Ему нравилось смотреть, как открывается кожа - бледная, гладкая, - нравилось чувствовать, как Занка вздрагивает, когда его пальцы проходятся по внутренней стороне бедра. Бельё он снял так же медленно, и Занка остался голым. Член стоял - твёрдый, чуть влажный у головки, - и Джаббер на секунду замер, просто глядя на него. Не трогая. Только глядя.

Занка перехватил этот взгляд и почувствовал, как щёки наливаются жаром. Он всё ещё не привык к тому, как Джаббер на него смотрит, - так, будто видит впервые. Будто не может насмотреться. Будто он - самое красивое, что случалось с ним в жизни.

- Иди сюда, - выдохнул Занка, и голос его прозвучал тихо.

Джаббер забрался сверху. Накрыл его тело своим и на секунду замер, просто чувствуя. Как их грудь соприкасается. Как сердца колотятся друг напротив друга. Как член упирается в живот Занки, а член Занки - в его бедро. Они лежали так несколько секунд, не двигаясь.

А потом Джаббер поцеловал его.

Медленно, глубоко, с языком - но без спешки. Их губы двигались в одном ритме, и Занка чувствовал вкус Джаббера - знакомый, тёплый, - чувствовал, как его ладонь ложится на щёку, как большой палец гладит скулу. Он ответил на поцелуй - так же медленно, так же глубоко, - и его руки сами собой легли на спину Джаббера, заскользили по лопаткам, по позвоночнику.

Джаббер притёрся бёдрами - раз, другой, - и Занка застонал прямо в поцелуй. Их тела двигались в одном ритме, медленно, тягуче, и каждое движение отдавалось теплом где-то в низу живота. Джаббер оторвался от его губ и посмотрел на него - раскрасневшегося, с затуманенными глазами.

- Красивый, - сказал он. Не в шутку. Не с ухмылкой. И снова поцеловал.

Джаббер целовал его ещё несколько секунд, а потом оторвался и приподнялся на локтях. Посмотрел на Занку сверху вниз: на раскрасневшиеся щёки, на приоткрытые губы, на грудь, которая вздымалась часто-часто. Улыбнулся уголками губ и провёл ладонью по животу Занки. Медленно. Чуть надавливая. Чувствуя, как мышцы под кожей дрожат от прикосновения.

Его руки скользили ниже. По груди - пальцы задели соски, прошлись по рёбрам, - по животу, по талии, пока не легли на бёдра. Он чуть приподнялся, взял ноги Занки под коленями и начал разводить их в стороны.

Движение было плавным, неторопливым - он не тянул, не давил, а словно пробовал, как далеко Занка готов его пустить. И Занка послушно пускал. Его бёдра поддавались, раздвигались шире, и Джаббер смотрел, как натягиваются мышцы. Они напряглись под кожей, обозначились рельефнее, и в этом напряжении было что-то до невозможности красивое.

Джаббер замер. Просто смотрел. Бледная кожа на внутренней стороне бёдер - там, где она тоньше всего, где просвечивают голубые ниточки вен. Занка лежал перед ним, открытый, беззащитный, и даже не думал прикрываться. Джаббер разглядывал его молча, не торопясь, и в этом взгляде было что-то почти голодное.

- Ты вообще понимаешь, как ты выглядишь сейчас? - спросил он тихо.

Занка прикусил губу и развёл ноги чуть шире - сам, без помощи, - и Джаббер выдохнул сквозь зубы. Он опустился ниже, устраиваясь между его бёдер.