Они выскочили из аудитории последними.

Преподаватель, как всегда, задержал их на лишние пятнадцать минут - что-то там про сроки сдачи, про то, что «вам бы только отсидеться, а не учиться», - и теперь Занка и Джаббер неслись по коридору, перепрыгивая через ступеньки и лавируя между редкими студентами, которые ещё не успели уйти. Университет опустел - все, кто мог, уже покинули его час назад, и теперь в длинных переходах гуляло эхо от их шагов.

Джаббер бежал первым. Сумка болталась на плече, била по бедру, шнурки развязались ещё на втором этаже, но он даже не заметил. Занка не отставал - дышал ровно, размеренно, и только на скулах проступил лёгкий румянец от быстрого бега. Он был в более выгодном положении: в отличие от Джаббера, который вчера допоздна зависал в какой-то онлайн-игре, Занка лёг спать вовремя и сегодня чувствовал себя почти бодрым.

- Мы блять не успеем! - крикнул Джаббер через плечо.

- Успеем, если ты перестанешь орать и побежишь быстрее!

Они вылетели на улицу. Осенний воздух ударил в лицо - холодный, пахнущий прелой листвой и бензином, - и Занка на секунду зажмурился от удовольствия. Не то что в аудитории, где было душно и пахло мелом. Джаббер рядом споткнулся о бордюр, выругался, но устоял.

До метро оставалось два квартала. Они бежали мимо облетевших тополей, мимо киоска с фастфудом, от которого тянуло жареным мясом, мимо старушки с тележкой, которая проводила их долгим, неодобрительным взглядом. В другое время Занка, может быть, постеснялся бы так нестись через весь район, но сейчас было плевать. Час пик. Если они не успеют на ближайший поезд, придётся ждать следующего, а потом толкаться в переполненном вагоне, дышать чужим потом и мечтать о глотке свежего воздуха.

Они влетели на станцию. Джаббер, опередивший Занку на пару шагов, первым увидел, как двери вагонов закрываются. Поезд тронулся - плавно, почти бесшумно, - и скрылся в тоннеле, оставив после себя только лёгкий ветерок и разочарование.

- Чёрт... - выдохнул Джаббер, сгибаясь пополам и упираясь ладонями в колени. Грудь его тяжело вздымалась, на лбу выступила испарина, и он выглядел так, будто пробежал марафон. Сумка сползла с плеча и шлёпнулась на пол. Джаббер, недолго думая, рухнул на ближайшую скамейку, вытянув ноги.

Занка сел рядом. Он дышал почти ровно - сказались регулярные пробежки, - но сердце всё ещё колотилось где-то в горле. Он откинулся на спинку скамейки, прикрыл глаза и просто слушал, как станция наполняется людьми. Час пик. Народ прибывал с каждой минутой - сначала одиночки, потом пары, потом целые группы. Платформа гудела от шагов, голосов, писка турникетов и объявлений по громкой связи.

Джаббер рядом вытер пот со лба рукавом и покосился на Занку.

- Если следующий поезд будет такой же набитый, я пойду пешком.

- До дома пешком идти два часа.

- Значит, буду дома через два часа.

Занка фыркнул, не открывая глаз. Они сидели так несколько минут - Джаббер, развалившись на скамейке, и Занка, повторяя его позу, с закрытыми глазами и ровным дыханием. Вокруг становилось всё теснее, всё громче, и Занка чувствовал, как нагревается воздух, как чужие плечи и локти уже задевают их, даже здесь, на скамейке.