Тамзи проснулся на широкой кровати, и первое, что он почувствовал, была сытость. Глубокая, тягучая, разливающаяся по всему телу тёплой волной - такая, какая бывает только после действительно хорошей ночи. Тонкое шёлковое одеяло едва прикрывало бёдра, и утренний свет, пробивающийся сквозь тяжёлые шторы, ложился на его кожу золотистыми полосами.

Вокруг, раскинувшись на смятых простынях, спали люди. Девушки с распущенными волосами, юноши с ещё влажными от пота висками - все без сил, обессиленные, опустошённые. Кто-то уткнулся лицом в подушку, кто-то лежал на спине, приоткрыв рот, и тихо посапывал. Тамзи обвёл их ленивым, довольным взглядом и улыбнулся - той самой улыбкой сытого хищника, которому больше не нужно охотиться. По крайней мере, до вечера.

Он приподнялся на локте, оглядывая эту картину. Десять лет прошло с тех пор, как он обратился, и он уже не метался от койки к койке в паническом, голодном угаре. Теперь он умел ждать, умел выбирать. Но оргия? О, от оргии он никогда не отказывался. Это было как хорошее вино - можно пить одному, но в компании вкус всегда богаче.

Осторожно, чтобы не разбудить спящих, он выбрался из постели. Босые ноги коснулись прохладного паркета, и Тамзи потянулся - длинно, с хрустом, расправляя затёкшие за ночь крылья. Те появились из лопаток сами собой и он позволил им на секунду развернуться, прежде чем втянуть обратно. Хвост лениво вился у щиколоток, пока он шёл к умывальнику.

Сборы были неспешными. Тамзи налил в таз прохладной воды, ополоснул лицо, шею, грудь, смывая остатки ночи - чужой пот, чужую слюну, чужой запах. Провёл влажной рукой по животу, где под кожей пульсировала татуировка - перевёрнутое сердце вокруг пупка, - и улыбнулся своему отражению в мутном зеркале. Сытый. Красивый. Готовый к новому дню.

Волосы он заплёл в неряшливую косу - не потому что не умел лучше, а потому что именно эта небрежность придавала ему тот самый вид, от которого дамы и господа теряли голову. Слуга принёс костюм - тёмно-синий фрак, расшитый серебряной нитью, белоснежную рубашку с высоким воротником, лакированные туфли. Тамзи одевался не торопясь, поправляя каждую складку, каждую пуговицу. Сегодня вечером будет бал в одном из светских домов, и он должен выглядеть безупречно.