Он не успел договорить. Взгляд, только что мягкий и растерянный, вдруг изменился - стал острее, темнее, голоднее. Зрачки расширились, заполняя радужку почти целиком, и в них заплясал опасный, предвкушающий огонёк. Губы дрогнули, растягиваясь в совсем другой улыбке - наглой, знающей.

Фолло заметил перемену мгновенно. По тому, как напряглись плечи под его рукой, как дыхание стало глубже, тяжелее, как пальцы, только что безвольно лежавшие на покрывале, вдруг вцепились в его рубашку.

Хии впился в его губы.

Жёстко, требовательно, сразу проталкивая язык в рот. Фолло качнулся назад от неожиданности, и его пальцы рефлекторно сжались в волосах Хии на затылке - не отталкивая, а наоборот, притягивая ближе, хватаясь как за единственную опору.

Поцелуй стал мокрым сразу. Язык Хии скользнул по нёбу Фолло, обвёл его, толкнулся глубже, и во рту стало влажно, горячо, тесно. Слюна смешивалась, текла по подбородку Фолло. Хии целовал жадно, пошло, с влажными, чавкающими звуками, которые разносились по тихой комнате и заставляли кровь приливать к щекам. Он прикусывал нижнюю губу Фолло, оттягивал её, тут же зализывал и снова впивался в рот, будто хотел выпить его целиком.

Фолло стонал в поцелуй - глухо, сдавленно, - и его рука в волосах Хии сжималась всё сильнее. Он тянул пряди, сам того не замечая, и Хии отзывался на это низким, довольным урчанием, которое вибрацией проходило прямо в губы Фолло.

Хии двинулся вперёд. Его колено упёрлось в матрас между ног Фолло, вторая рука легла на плечо и толкнула. Фолло упал на спину, и матрас прогнулся под их общим весом. Хии тут же навалился сверху, прижимая его к постели всем телом, не разрывая поцелуя ни на секунду.

Его бёдра раздвинули ноги Фолло, устраиваясь между ними, и Фолло почувствовал, как чужая твёрдая плоть прижимается к его собственной через слои одежды. Хии целовал его - глубоко, мокро, с языком, который трахал его рот в том же ритме, в каком его бёдра начинали медленно, почти лениво двигаться.

Слюна текла по щеке Фолло, собиралась в уголке губ, капала на подушку. Звуки были влажными, неприличными, громкими в тишине комнаты. Хии отстранился на секунду - только чтобы глотнуть воздуха, - и Фолло увидел его лицо: раскрасневшееся, с припухшими, блестящими от слюны губами, с расширенными, почти чёрными зрачками. С языка свисала тонкая нить слюны, соединяющая их рты, и Хии, глядя Фолло прямо в глаза, медленно втянул её обратно.

- Вкусный, - выдохнул он хрипло.

И снова впился в губы, наваливаясь всем телом, вжимая Фолло в матрас.