Зарисовка
Джанкеры
Русал!Ау [Часть 2, конец]
— Занка! Ты срочно нужен в центре!
Болезнь не собиралась быстро отступать. Вялое состояние овладело телом Занки. Вокруг валялись таблетки, пустые пакетики от порошков; на столе несколько грязных кружек, в которых были когда-то лекарства и чай — в самой пузатой на дне лежал лимон. Занка достал его двумя пальцами и положил себе в рот, раскусывая и морщась от кислоты.
Ничего толком не объяснили — просто сказали поехать.
Добрался Занка раньше обычного — водитель быстро ехал и успевал на все зелёные светофоры. Занка не любил такой тип вождения, но выбирать особо не приходилось. Да что уж, выбора у него не было от слова совсем.
Как только курящие на улице знакомые лица заприметили силуэт Занки, в его сторону сразу подбежало трое, выкидывая бычки в сторону.
— Как хорошо что ты приехал! Твоя рыба совсем с ума сошла! Все ждут только тебя!
— Рыба..?
Его держали с двух сторону крепкие врачи и быстрым шагом вели прямо в отдел наблюдения. Занка чувствовал что словно парит: его быстро несли — тащили.
Увидев сборную солянку из учёных разных сфер Занка слегка перепугался: что там могло произойти? Но долго безучастным он быть не мог.
Рядом стоящие люди быстро заметили его по выразительным серьгам, в которых он иногда приходил на работу. Его направляли вперёд, ближе к высокому стеклу, через которое было видно всё, что происходит в лаборатории.
А происходило всё то же самое, если бы собака решила разорвать домашний диван в клочья.
По мокрому полу были раскинуты рыбьи потроха. Где-то вдали промокли документы, которые выронили пока сбегали из помещения. И вокруг всего этого хаоса был Джаббер, который двигался с помощью рук. И двигался он достаточно быстро.
Глаза Занки расширились глядя на мутанта. Его ребра стали более выразительные, живот был втянут, но периодически поддрагивал, а лицо — бледной лицо — пугало сильнее чем всегда. Он был похож на оживший труп русалки.
Джаббер хотел видеть Занку. Ему хотелось узнать, что с ним случилось. Хотелось знать правду и понять причину столь долгого — очень долгого для него — отсутствия.
Голова, что резко махала из стороны в сторону, замерла, когда он увидел его. Он был рядом. Его учёный, наблюдатель, кормилец.
Джаббер быстро дополз до окна и прижался двумя руками к стеклу, облизывая его языком. Часть людей отвернулась от отвращения, вторая сдерживала смех.
— Как это вообще произошло?
— Он-н буквально выпрыгнул из аквариума! Он ничего не ел и сидел "в углу", никак на нас не реагируя!
— Он мог повредить себе что-то...
Занка прислонил ладонь к стеклу, напротив когтистой руки Джаббера. Рыба отстранился языком от стекла и стал внимательно наблюдать за их руками.
Джаббер чувствовал чужое тело сквозь стекло. Занка – чужой холод и влагу.
Занка наклонился к лицу Джаббера, чьи узкие зрачки потихоньку стали расширятся.
— Полезай обратно в воду.
И указал второй рукой на капсулу позади него.
***
С того момента оставшиеся дни до выздоровления Занка просидел в центре, занимаясь документацией и чувствуя постоянный пристальный на себе взгляд. Стоило повернуть голову в сторону — он встречалася с лицом русалки, чьи зрачки были настолько расширены, что радужки совсем не было видно.
Это не раздражало.
Нет, это раздражало.
Это действовало на нервы. Это было несправедливо, что из-за этого избалованного малька ему сделали все условия для работы в центре будучи ещё не совсем здоровым, только чтобы эта селёдка снова не возомнила себя дельфином.
Откашливая застоявшуюся мокроту, Занка выплюнул слизь в чёрную банку, которая в любом случае пойдёт на утилизацию. Он снова посмотрел на Джаббера. Непонятно, что лицо рыбы выражало: любопытство, лёгкую грусть или приятное спокойствие.
Как бы там ни было, Занка всё равно, глядя ему в глаза, сердито высказал:
— Какой ты неприятный.