🎙Как быть, если площадка, на которой вы годами выстраивали коммуникацию, вдруг оказывается недоступна? Бросать всё и переходить на другую? Ну, звучит логично, но что делать с целевой аудиторией? Ждать, пока она тоже вся перейдёт вслед за вами? А сколько это может занять времени? А если кто-то потеряется по дороге? А из тех, кто всё же потеряется – они больше не ваша ЦА?

И вот в чём штука: мне кажется, на фоне всех последних событий, связанных с блокировками и замедлениями, мы совершенно забываем, для чего мы в принципе занимаемся интернет-проектами. Мы делаем нашу работу не потому, что нам нравится, как удобно, например, постятся часовые видео в ВК, Shorts в YouTube или заливается лонгрид в TG. Нет, прежде всего, мы работаем с людьми. Мы там, где аудитория. Да, блокировки и замедления – это уже не «новые вызовы», а повседневная реальность (и определённая задача для электоральной кампании, которая ждёт нас впереди). И можно сколько угодно сетовать на то, что условия изменились, как теперь всё по-другому и прочее. А можно принять это как данность, выстраивая стратегию, исходя из сложившихся обстоятельств.

Собственно, именно об этом я говорил на II Профессиональной конференции РАПК. В рамках конференции состоялась интересная дискуссионная панель «Медиапространство 2026: что работает, что сломалось, что изобретаем заново», на которую меня пригласили выступить одним из спикеров. Название, кстати, исчерпывающее – сломалось-то действительно много, но лишь на первый взгляд. Люди, для которых мы делаем контент, остаются прежними.

🎯 И это ключевое, что я хочу донести: сейчас критически важно работать с теми площадками и наращивать присутствие там, где есть интересующая нас целевая аудитория. Лично мне кажется, что это важный подход на весь 2026 год. Почему? В течение дня на конференции выступало множество крутых спикеров (было правда очень интересно слушать). Так вот, сквозной линией проходил тезис о том, что контакт с людьми является одной из главных задач социальной архитектуры. И я с этим полностью согласен.

Конкретный пример: Telegram и мессенджер MAX. Да, несомненно, со временем часть аудитории перейдёт из телеги в национальный мессенджер. С этой аудиторией нужно работать. Но часть людей всё же останется в мессенджере Дурова – и с ними тоже важно оставаться в коммуникации. Системно, последовательно, с пониманием их поведения и потребностей. То же справедливо и для других площадок, доступ к которым сегодня ограничен. Аудитория на них не пропала, не растворилась – она, возможно, стала менее видимой, но она есть. Иначе наше место займёт кто-то другой, преследуя не всегда благородные цели (как это уже происходит в ряде случаев).

Мы можем менять инструменты, переезжать с платформы на платформу, адаптировать форматы – но мы должны оставаться в диалоге со своей аудиторией. В противном случае, как это часто происходит в коммуникациях, тишина заполнится другим эфиром.