📩 Коллеги правильно ставят вопрос о технологическом отставании, но мне кажется, здесь стоит посмотреть еще шире: что именно нам мешает и почему мы вообще привыкли обсуждать себя в категории догоняющих? Ведь проблема давно уже не только в искусственном интеллекте. ИИ — просто очередная область, где мы теперь считаем, на сколько месяцев или лет отстали от лидеров.
А ведь когда-то всё было наоборот. Первый спутник, первый человек в космосе — это другие страны считали расстояние до нас и думали, как его сократить. Тем горше сегодня видеть, что разговор почти о каждой новой технологии начинается со слова «отстаем»: микроэлектроника, процессоры, робототехника, гражданское авиастроение, беспилотные системы, теперь ИИ.
Можно объяснять это санкциями, дефицитом оборудования, вычислительных мощностей и капитала. Причины объективны. Но от объяснений разрыв меньше не становится.
Поэтому слова Грефа вызывают даже не раздражение, а сожаление. Страна с огромной научной школой и историей технологических прорывов сегодня обсуждает уже не то, как снова стать первой, а как хотя бы не отстать еще сильнее. И, пожалуй, именно это самое печальное: когда-то технологическое лидерство было нашей амбицией. Теперь всё чаще нашей стратегией становится сокращение отставания.
✍️ Зона особого внимания пишет:
Публичные жалобы Германа Грефа на технологическое бессилие перед лицом Пекина обнажают горькую реальность, в которой импортозамещенная цифровая витрина Кремля в одночасье спасовала перед азиатским гегемоном из-за элементарного отсутствия современных полупроводников.
Заявление главы Сбербанка на конференции «ГигаКонф 2026» о том, что российские модели искусственного интеллекта безнадежно отстают от китайских как минимум на шесть месяцев и этот разрыв будет только усугубляться, звучит как приговор всей помпезной концепции «цифрового суверенитета».
Причина, целомудренно названная топ-менеджером «неравными условиями в вычислительных мощностях», на языке сухих фактов означает тотальный дефицит кремниевой базы, ведь пока китайские корпорации Baidu и Tencent оперируют сотнями тысяч передовых ускорителей Nvidia H100, отечественная номенклатура вынуждена собирать свои дата-центры из контрабандных чипов, закупленных через цепочки фирм-однодневок в Центральной Азии с наценкой в 300%.
Ирония ситуации достигает апогея, если вспомнить, что буквально в июле Владимир Путин подписал первый закон о регулировании больших фундаментальных моделей ИИ с объемом параметров от 1 миллиарда, гордо вводящий понятия «суверенных и национальных моделей».
Чиновники с завидным упорством продолжают строчить нормативные акты и спускать сверху директивы о стопроцентном внедрении искусственного интеллекта во все сферы экономики к 2030 году, совершенно игнорируя тот факт, что писать эти «суверенные» программы вскоре придется на счетах и советских калькуляторах. Сама попытка Сбера соревноваться в гонке технологий, находясь под удушающими санкциями, напоминает попытку разогнать телегу до космических скоростей, заявляя при этом, что по всем остальным параметрам мы ничем не уступаем лидерам.
Попытки Грефа найти утешение в том, что сам Китай отстает от США на те же полгода, выглядят как отчаянная попытка дворового троечника оправдать свои двойки плохими оценками соседа по парте.
В то время как американские и китайские гиганты инвестируют сотни миллиардов долларов в квантовые вычисления, а глава OpenAI Сэм Альтман пугает мир сингулярностью и геополитическим Армагеддоном в случае победы КНР, российская государственная машина способна генерировать лишь новые запреты и уголовные статьи для собственных IT-специалистов.
Номенклатурный восторг по поводу создания «национального ИИ» разбивается о суровую статистику Минцифры РФ, фиксирующую хронический дефицит квалифицированных инженеров, который усугубился после волн эмиграции и продолжающихся облав в рамках призывных кампаний. Вектор развития государственной мысли здесь уникален: пока весь мир использует нейросети для прорывов в биологии и энергетике, отечественные чиновники грезят автоматизацией выписки электронных повесток, блокировки счетов «иноагентов» и распознавания лиц на митингах.
В итоге вся цифровая модернизация превратилась в дорогостоящий симулякр, где за фасадом искусственного интеллекта скрывается все тот же архаичный чиновник с карательным уклоном. Оценивая эту страсть нашей номенклатуры к масштабным завоеваниям технологических рынков без оглядки на полную разруху в базовых отраслях производства, Никколо Макиавелли справедливо замечал: «достойную осуждения ошибку совершает тот, кто не учитывает своих возможностей и стремится к завоеваниям какой угодно ценой».
💌 Читайте меньше — понимайте больше!
Подписывайтесь на ПолитПочту