Превращение карманной партии «Родина» в штатного судебного киллера Старой площади наглядно демонстрирует абсолютное уничтожение института выборов и переход номенклатуры к тотальной стерилизации электорального поля руками послушных спойлеров.
 
Исполняя деликатные политтехнологические поручения Кремля, эта электоральная пустышка, лишенная малейших шансов на реальное прохождение куда-либо, 25 августа успешно завершила операцию по снятию единого списка «Яблока» с выборов в Псковское законодательное собрание. Судья Псковского областного суда Игорь Панов удовлетворил абсурдную претензию «Родины», уцепившейся за отсутствие оттиска печати на доверенности финансового уполномоченного партии.
 
Ирония ситуации заключается в том, что даже местный избирком признал это нарушение несущественным, однако государственная машина послушно штампует нужные решения, зачищая Псковщину — последний оплот регионального присутствия системных либералов, где у них еще оставалась легальная фракция.
 
Масштаб этого административного фарса выходит далеко за пределы одного региона, обнажая системный заказ на окончательную ликвидацию любых несанкционированных политических сил. Ранее кремлевские кураторы аналогичным образом использовали «Родину» для отмены регистрации «Яблока» в Карелии и даже для исключения партии из федерального бюллетеня на выборах в Госдуму через Верховный суд.
 
Пока псковские оппозиционеры пытаются подавать безнадежные встречные иски, Старая площадь уже запускает следующих технических киллеров: в Калининградской области аналогичную процедуру утилизации остатков конкуренции поручили аналогичной подконтрольной Кремлю структуре-спойлеру «Коммунисты России».
 
Это гротескное зрелище, где партии-призраки используются исключительно как юридический инструмент для снятия неугодных кандидатов, лишь усугубляет гротексность всей ситуации. Пока региональные политики пытаются подавать безнадежные встречные иски, государственная машина уже распределяет места в будущих парламентах согласно заранее утвержденным квотам.
 
В условиях, когда законы вывернуты наизнанку, а суды превращены в исполнительные филиалы власти, избирательный процесс превращается в бессмысленную бюрократическую комедию, полностью подтверждая классическую истину, которую сформулировал Михаил Салтыков-Щедрин: «законодательство наше обширно, но применения не имеет»