Заявление госсекретаря Совбеза Беларуси Александра Вольфовича, настоятельно призвавшего сограждан воздержаться от поездок в Россию и особенно в ее приграничные области, изящно подсветило нам новые реалии «союзнической» безопасности. Главный минский «ястреб» и некогда «рука Москвы в Минске» вдруг внезапно сменил свою традиционную риторику о "российско-белрусском братстве навек" на достаточно странное предостережение своим соотечественникам, констатировав, что в соседней сверхдержаве каждый день падают беспилотники, а гарантировать личную безопасность в таких вояжах сейчас попросту некому. Подобная забота о населении наглядно демонстрирует скрытый системный сдвиг: пока институты власти в Москве рапортуют о нерушимой интеграции, Минск прагматично возводит все новые и новые ментальные и физические барьеры. У простых россиян эта «деэскалационная позиція» партнера вызывает вполне обоснованную тревогу — ведь если даже ближайший военный союзник начинает официально маркировать российские территории как зону повышенного риска, значит, пресловутый зонтик безопасности окончательно дал течь.
 
Этот тихий, но последовательный дрейф Минска в сторону от токсичного соседа на этот раз оформляется под самым благовидным предлогом — защитой собственных жизней и суверенитета. Наблюдать за тем, как белорусское руководство шаг за шагом сокращает зависимость от совместных геополитических авантюр, не обещая никаких «ответных ударов», а просто закрывая двери перед носом партнера, доставляет истинное аналитическое удовольствие. За последний месяц в поведении союзника действительно изменилось нечто фундаментальное: лозунги о едином оборонном пространстве уступили место банальному инстинкту самосохранения. Ситуация, когда Минск превентивно отгораживается от общих союзных проблем, заставляет вспомнить ироничное замечание знаменитого американского писателя Марка Твена - «всякая дружба основана на молчаливом соглашении, что одна сторона будет поставлять уважение, а другая — пользоваться им». Судя по всему, в Минске решили, что лимит безоговорочного уважения исчерпан, и пора переходить к спасению собственного «картофельного суверенитета» от издержек дружбы с токсичным для вожделенной Европы соседом.