АНО Женский фронт

Когда украинская сторона пишет про соблюдение Женевской конвенции, на глазах у нас выступают скупые слезы умиления.

Возможно, при переводе конвенции на мову, были внесены какие-то изменения в текст документа, иначе мы не можем объяснить, как Киев умудряется кичиться соблюдением этих международных норм содержания военнопленных.

Наши ребята из плена возвращаются с весом 40-50 кило. Одному из вернувшихся пришлось Скорую помощь вызывать - после обмена он впервые за долгое время увидел нормальную еду, и не мог остановиться.

Ранения, полученные на поле боя, в ужасном состоянии. Да, украинские врачи могут провести ампутацию, но далее никто не ухаживает, не предоставляет медикаментов, не обеспечивает лечением. Ребята возвращаются с нефункицонирующими конечностями, запущенные, в летней форме зимой, в рванине, обносках.

Жена одного из вернувшихся пишет: "Муж в Сумах долгое время содержался в подвальном помещении, вода по щиколотку, лягушки прыгали. И клопы просто съедали".

Странное толкование международных норм содержания пленных, не так ли?

Ну и главное, конечно же. Украинская сторона выставляет списки якобы пленных, пишет про Женевскую конвенцию, при этом мы доказали, что их списки не достоверны.

Более того, не менее половины пленных, которые совершенно точно в плену, не имеют возможности выйти на связь с родными, к ним не пускают Красный крест. Некоторые наши бойцы содержатся не в СИЗО или лагерях для военнопленных, а в СИЗО с обычными украинскими преступниками, что так же нарушает международные нормы. Красный крест никаких механизмов воздействия на Киев не имеет. Так же как и наша УПЧ, несмотря на ее постоянные письма, заявления и красивые отчёты.

Мы продолжаем настаивать на том, что у Украины есть единственный способ подтвердить достоверность своих списков и показать готовность реально, а не на словах, соблюдать Женевскую конвенцию. Необходимо дать возможность всем, перечисленным в списках якобы пленных, связаться с семьями.

Наш ПсихБат приступил к работе. Несколько десятков специалистов разных направлений и подходов, но одинаково неравнодушных к проблемами участников СВО и их семей, готовых помогать бесплатно, - это чистый восторг.

Уже началась работа с первыми обратившимися. Изначально мы делали упор на помощь родным участников СВО, но квалификация и опыт некоторых специалистов из ПсихБата позволили брать в работу и самих бойцов. Часто ребята стесняются обращаться к психологу, стыдятся этого, но видим, что эта тенденция постепенно уходит в прошлое.

Но тут важное уточнение. Чтобы психолог мог помочь человеку, должен быть запрос от самого человека!

Недавно прилетела претензия от жены бойца, вернувшегося со спецоперации. Он ведёт себя агрессивно, распускает руки, пьет. Специалисты готовы работать с ним, но при уточнении выяснилось, что он не хочет обращаться к психологу. Но мы не можем приехать к нему домой, скрутить, связать и насильно усадить в кресло к психотерапевту.
В такой ситуации мы можем предложить только психологическую поддержку самой супруге.

Не забывайте, есть принудительная психиатрическая госпитализация, если человек опасен для себя и окружающих. Есть полиция. Но мы - ни то, ни другое. Мы помогаем тем, кто готов принять помощь (и это касается не только психологии, кстати).

Если вам или вашему бойцу нужен психолог, если вы чувствуете апатию, упадок сил, депрессию, нежелание жить, если вы не можете справиться с горем или тревогой - напишите нам на почту anavoin@mail.ru

Если вы предлагали свою помощь как психолога, но вам не ответили, пожалуйста, напишите ещё один раз, возможно, письмо затерялось.

АНО Женский фронт pinned a photo

Очень серьезная проблема, которая постоянно замыливается, как будто если не говорить о ней, то она сама рассосется - отсутствие адекватной качественной психологической помощи участникам СВО и их семьям. Люди остаются один на один с тяжелейшими проблемами: боевая психическая травма, ПТСР, потеря близкого человека.

Мы долгое время не решались подойти к работе над этим направлением, хотя понимали его важность. Все надеялись, что это будет осуществлено органами с полномочиями, финансированием, реальными инструментами по развертыванию целой системы психологической помощи по всей стране. Пока я видела телефоны психологической помощи в Бурденко - для бойцов. Но в помощи нуждаются и семьи.

К сожалению, на третий год СВО мы видим, что проблема не решена. Психологическую помощь планировали оказывать в фонде "Защитники Отечества". Но, как мы понимаем, пока Фонд с этой темой встрял и пытается ее как-то решить - нехватка кадров, идут делопроизводители из психиатрических больниц на должности психологов и многое другое.

Мы хотим попытаться сделать проект по принципу нашего Юрбата, где юристы со всей страны помогают семьям бойцов СВО и обмениваются практиками для восстановления прав бойцов и членов их семей.

Нам периодически пишут психологи, которые осознают важность работы с участниками СВО и их семьями. Люди, которые прошли профессиональную переподготовку для этого, которые горят желанием помочь. Но почему-то они остаются за бортом государственной машины, которая подсовывает людям, нуждающимся в помощи, специалистов без опыта и навыков. Мы решили попробовать помочь и с этим, несмотря на отсутствие каких бы то ни было ресурсов, так как сами воочию видим в каком состоянии находятся родные женщины погибших или пропавших без вести.

Мы предлагаем такую схему работы: если вы психолог или психиатр, и вы готовы на волонтёрской основе поработать с родственниками участников СВО - напишите нам на почту вашу специализацию, опыт, город проживания, сколько человек вы готовы взять в работу.

Мы организуем чат специалистов, а так же будем связующим звеном между теми, кто нуждается в помощи, и профессионалами, готовыми помочь.
Предпочтение, конечно, оффлайн работе, но мы понимаем, что сразу у нас не получится развернуть обширную сеть по стране. Поэтому онлайн формат так же актуален.

Если вы боец или родственник бойца, и вы чувствуете, что вам нужна психологическая помощь специалиста, так же напишите нам, пожалуйста. Будем работать.

Наша почта: anavoin@mail.ru

Прекрасные новости с утра в законодательной сфере.

Наконец-то несправедливость по отношению к совершеннолетним детям погибших бойцов, которым ранее отказывали в выплатах, устранена!

Спасибо большое тем законодателям (в данном случае Яне Лантратовой), которые слышат нас, которые не закрывают глаза на проблемы, а бьются вместе с нами, хотя это бывает и непросто.

Да, закон обратной силы не имеет, то есть пока что нововведения не коснутся тех, у кого отец погиб на фронте до внесения поправок. Но мы знаем, что Лантратова не закрыла для себя эту тему, она продолжит бороться и за перерасчёт. Надеемся, соответствующие изменения так же будут внесены в законодательство в ближайшее время.

https://t.me/lantratovaDOBRO/6144?single

Снова поднимаем проблему выплат по гибели. В этой сфере законодательство все ещё несовершенно, а страдают, к сожалению, живые люди. Более того, люди, и так переживающие страшное горе - смерть родного.

Пришло такое письмо:

"Я мама погибшего бойца. Передать боль — значит ничего не передать. Просто хочу «кнопочку», чтобы быть рядом с сыном сразу и быстро. Он у меня один единственный и смысл жить просто исчез. Мы жили с сыном вдвоем, но ранее была замужем (фактически 4 года), развелись. Данный гражданин усыновил моего ребенка тогда.
На текущий момент, спустя 16 лет, этот гражданин появился и появился «в тихую» — просто собрал пакет документов на выплаты, положенные бойцам по гибели, и подал в военкомат. Очень удивилась)), узнав об этом — оказывается деньги для некоторых «типа отцов» важнее человеческой чести. Поскольку мы очень плохо расстались и данный гражданин плохо относился к сыну — я решила защитить честь сына, так как я знаю его отношение к этому отчиму. Подала в суд. В суде сказали дело будет сложное, готовьтесь".

И снова даже не недоотец, а недоотчим претендует на выплаты, хотя с погибшим даже не общался почти двадцать лет. Мерзко, неприятно, горько за маму, которая потеряла сына, а теперь ещё будет таскаться по судам. Через суды, кстати, дело иногда решается в пользу горе-отцов, даже несмотря на то, что они не принимали никакого участия в жизни бойца.

На днях пришло письмо от адвоката, которому удалось через апелляцию добиться отмены решения суда о подтверждении выплат очередному папе-кукушке. Да, справедливость восторжествовала, но сколько сил, времени, нервов на это потрачено?

Рекомендации от юриста:

"1. Задавайте вопросы непутевым отца (матерям) и их свидетелям, если знаете ответы на эти вопросы. Вопросы готовьте заранее. Нельзя их задавать с потолка и приходить в суд неподготовленными. Обязательно ведите аудиозапись судебного заседания и делайте дословную расшифровку.
2. Первично допрашивайте ответчика и его свидетелей (если получится), затягивайте их в силки собственной лжи. Только после этого предоставляйте суду доказательства. Не раскрывайте ваши доказательства неисполнения родительских обязанностей, прилагая их к иску.
3. Гоните юристов/адвокатов, которые обещают какой-либо результат.

❗ Кроме того, ребятам, которые воспитывались без отца или матери, желательно сделать заявление, удостоверенное нотариусом или командованием части, что такой-то родитель в содержании, воспитании, развитии участия не принимал. В случае моей гибели прошу положенные выплаты перечислить такому-то родителю.

Данное заявление может очень помочь при лишении родителя прав на выплаты".




✅ В прошлом году Рабочей группе по СВО удалось добиться принятия закона об осуществлении выплат фактическим воспитателям погибших бойцов, которые раньше не имели права на них - бабушкам, дедушкам, старшим братьям и сестрам.

❗Однако мы считаем, что необходимо идти дальше и вносить новые поправки в законодательство, которые так же запретят получение этих выплат тем, кто ненадлежаще относился к родительским обязанностям по отношению к погибшим. Очень много случаев, когда за выплатами обращаются давно уже пропавшие "отцы".

При этом по нашему законодательству, чисто в теории, если бы у погибшего был совершеннолетний ребенок, этому ребенк  бы никаких выплат не сделали. Зато недоотчиму - пожалуйста. Что это, если не верх нелепости?

Погибшие, пропавшие без вести, даже свои - Украина искусственно завышает количество российских бойцов у себя в плену. Часть 1.

По спискам военнопленных РФ, которые выкладывала украинская сторона через паблики проекта «Хочу жить», мы вручную несколько дней сопоставляли с родственниками и своими базами данные.

У нас нет доступа ни к каким базам МО, мы не знаем, какой боец в каком статусе числится официально. Но за полтора года работы с семьями участников СВО, мы собрали огромную базу пропавших, пленных и погибших. Туда мы добавляли ребят по информации, предоставленной их родными. Кроме того, мы пользовались возможностями интернета, искали упоминания в СМИ и социальных сетях. Выкладываем первую часть.

🟡 Желтым отмечены реальные пленные, которые звонят домой, о которых есть информация у МККК, о которых сообщали нам ребята, вернувшиеся в обменах, которых опознали по фото или видео.

🔴 Красным - бойцы, которые пропали без вести (как правило, ещё в 2022 году), и о них с тех пор не поступало никакой информации.

🔘 Серым - ребята, которые погибли. Их опознали, были совпадения по ДНК, большинство уже преданы земле, многим открыли памятные таблички на малой Родине.

⚪️ - белым те, по которым информации у нас нет.

Интересно, что украинская сторона записала в пленных даже ребят с крейсера "Москва". Так же среди якобы пленных россиян нашлись несколько пленных ВСУшников, которые сейчас находятся в России.

Это совсем не тот случай, когда мы радуемся, в очередной раз поймав украинскую сторону на лжи. Мы будем очень счастливы ошибиться и узнать, что пропавшие и погибшие два года назад наши бойцы находятся в плену у украинской стороны.

Поэтому мы просим украинскую сторону подтвердить достоверность своих списков, позволив КАЖДОМУ, отмеченному у нас пропавшим, погибшим и пленным без подтверждений, разово связаться с семьями, чтобы подтвердить нахождение этих ребят в плену.

Если этого не будет сделано - мы утвердимся во мнении, что Киев в очередной раз просто врёт, играя на нервах у матерей, жен, сестер российских бойцов.

Много раз писали про опасность общения с украинской стороной.

Сегодня расскажем про нюансы интервью Золкину.

Золкин сам выходит на связь с семьёй пленного. Предупреждает, что будет интервью, в ходе которого можно будет пообщаться по видеосвязи. Именно ради этого многие ребята и соглашаются на интервью. Так что не отказывайтесь, это важно для пленных, они должны видеть, что вы все знаете, что вы поддерживаете их.

Но будьте осторожны, думайте, что вы говорите.

Реальный случай: во время интервью жена пленного, даже не дожидаясь никаких вопросов, начала вещать об ужасах войны, о том, что не поддерживает СВО, не поддерживает действия российских властей и т.д. Наш боец был крайне ошеломлен, он пытался заставить супругу замолчать, говорил "не надо об этом", но жену уже понесло.
Выдачу этого пленного до сих пор Украина не одобрила.

И другой случай: к счастью, жена обратилась к нам перед интервью, и мы успели ее проинструктировать. Она не реагировала никак на вопросы о политике, о действиях российской армии и президента: ничего не знаю, ничего не понимаю. Пленного обменяли в январе.

Да, это можно считать совпадением. Но в то же время понятно, что интервью не гарантирует обмен, но и не препятствует ему. Многое зависит от того, что вы скажете.

На всякий случай: сами не пытайтесь связаться с Золкиным или с любыми другими представителями украинской стороны. Если они поймут, что вы готовы к какому-то сотрудничеству - они с вас не слезут, а шансы на скорый обмен вашего пленного растают. Украине нет смысла выдавать тех пленных, чьи семьи работают напрямую или косвенно на украинскую пропаганду.

Если вам нужна помощь - будьте готовы предоставить конкретику. Будьте готовы открыто выступить заявителем. Будьте готовы работать над решением проблемы с волонтёрами и соответствующими органами.

Ни один надзорный орган не тратит время на анонимки. Нужны конкретные факты, конкретные заявители. "Псссс, тут в одной бригаде страшные дела творятся, помогите" - не пойдет. Вы либо вступаете на путь решения проблемы, либо нет. Не получится постоять анонимно в стороне, пока волшебник в голубом вертолете все разруливает.

Реальная ситуация: прямо перед новым годом к нам обратились несколько военнослужащих. Там были серьезные обвинения в адрес командования, ситуация критическая. Кое-как выпытали у них конкретные ФИО, контакты, месторасположение. Мы поднимаем на уши всех на местах: ДВКР, прокуратуру.
И тут ребята делают финт ушами - уходят в самоволку и бродят в лесах. Сотрудники ФСБ готовы их забрать, обеспечить безопасность, разобраться в ситуации. Бойцы не отвечают на их звонки, прячутся, записывают нам голосовые о том, что никому не доверяют. Прекрасно, но мы что тогда можем сделать?

Бойцы вроде обратились за помощью, мы переполошили людей, а в итоге панику как бы зря подняли, потому что от реальной помощи военнослужащие отказались в итоге.

Или бывают ситуации: направляем в военную прокуратуру запрос по проблеме конкретного бойца. Через какое-то время приходит ответ: связались с военнослужащим, состоялась беседа, военнослужащему все понятно, претензий нет, с доводами согласился.
А потом этот самый боец пишет нам: прокуратура не решила мою проблему!
И выясняется, что в беседе с прокурором он все претензии отозвал, сказал, что со всем согласен, но на самом деле - нет. Поэтому, девочки, решите мою проблему как-то сами, а то я прокурору жаловаться постеснялся.

Дорогие наши! Невозможно защитить права пассивного человека, который даже свои ФИО назвать отказывается! Борьба за ваши права начинается с вас самих, с готовности отстаивать свою правоту, свою позицию.

Среди родственников пленных и пропавших много разговоров о "неофициальном плену", о "подвалах".

Сразу после пленения на поле боя редко бывает возможность в тот же день передать пленного дальше в тыл и в СИЗО. Поэтому да, первые недели после попадания в плен, ребята проводят в подвалах, блиндажах, укрытиях. Далее их уже передают в официальные места содержания пленных.

Никто не стремится и никто не будет неофициально кормить и охранять пленного в подвалах месяцами. Это невыгодно, это лишние сложности для ВСУ. Поэтому они стремятся побыстрее сбыть пленных на казённые харчи. Предварительно заработав ещё денег, отправив видео с пленными на украинские каналы.

Поэтому история о том, что где-то в подвалах кто-то держит пленного год - это миф. Никто его столько кормить и охранять за свой счёт не будет.

Для пленного самое главное - пережить эти несколько недель, когда он ещё неучтенный, когда никто про него не знает,
и попасть в СИЗО. Да, оттуда почти нет связи, но их там все равно регистрируют, устраивают переклички, там уже есть какая-то гарантия жизни. До попадания в СИЗО такой гарантии нет, к сожалению.

Так же обращайте внимание, что иногда абстрактные "подвалы" путают с конкретным СИЗО Киева, которое так же известно как Подвал СанСаныча.

Статус военнопленного/без вести пропавшего

Очень много путаницы со статусами участников СВО.

К сожалению, только лишь на горячую линию Министерства обороны в вопросе актуального статуса бойца ориентироваться нельзя. У нас были случаи, когда боец регулярно звонит из плена, в части статус пропавшего, на горячей линии - в строю. Документооборот между министерством, воинскими частями, и полевыми штабами - медленный и путанный.

Недавно бойца обменяли уже, а на горячей линии он до сих пор пропавшим числится.
Ещё случай: человек в плену, его нахождения в СИЗО подтвердили ребята, вернувшиеся в обмене. Но в части он числится без вести пропавшим, на горячей линии один день - в строю, на другой день - ранен и находится в госпитале. Только вот сведения о ранении прошлогодние.

Многие родственники получают письма от МО, военной полиции или УПЧ о том, что человек внесён в какие-то списки, уважаемые люди борются за его возвращение и тд и тп. Обращаем ваше внимание, что подобные письма не являются официальным подтверждением того, что статус военнопленного ему действительно присвоен.

Было много ситуаций, когда семья запрашивала после подобных писем конкретику, выписку из приказа, и в процессе прояснения ситуации оказывалось, что официального статуса военнопленного у бойца нет.

Убедиться, что такой статус у бойца действительно есть, вы можете только получив выписку из приказа о признании пленным. Выписку надо запрашивать в части напрямую или через МО. Извещение от военкомата тоже может быть достоверным, так как в военкомат данные поступают из части, и извещение выписывают на основании приказа.

Если у вас есть, например, ответ из военной прокуратуры, в котором указано, что боец считается военнопленным "на основании приказа части номер... от ... числа" - прекрасно, значит, вы можете быть уверены, приказ о статусе существует.

К сожалению, наличие статуса военнопленного не всегда гарантирует нахождение бойца в плену. Украина не передаёт данные по пленным ни на официальном, ни на волонтёрском уровнях. Бывают ситуации, когда статус был присвоен (причины такого решения никогда не озвучиваются родственникам), а человек возвращается в обмене телами, и по датам понятно, что в плену он не побывал.

Напоминаем, для того, чтобы бойца обменяли, статус военнопленного не обязателен! Достаточно или официального статуса, или наличия доказательств, по которым мы можем внести его в список пленных, с которым работают переговорщики.

По поводу слухов о том, что бойца из плена можно выкупить.

В переговорах по обменам с нашей стороны участвуют только официальные переговорщики от Минобороны и Государственной думы, в том числе генерал Егоров и депутат Госдумы Саралиев. Со стороны Украины обмены курируют глава ГУР Кирилл Буданов, руководитель офиса президента Украины Андрей Ермак, генерал Усов и другие.

Им не подносят сформированные мелкой сошкой списки для подписи не глядя. Они лично пофамильно обсуждают каждого пленного. И вы всерьез полагаете, что возможен выкуп, когда переговоры идут на настолько высоком уровне? Что высшие чины украинские сидят и ставят условие нашим чинам: принесите нам три тысячи долларов за Васю, мы по пятьсот баксов поделим - наживееемся, ууууу?

Да даже окопные обмены, которые происходят на местах, с только что захваченными в плен, идут не за деньги, а за бойцов. Мы вам вашего, вы нам нашего. Потому что бойцы на фронте нужнее денег.

Мы полтора года ассистируем в обменах и ежедневно на связи с сотнями родственников пленных и пропавших. Да, есть истории, когда родственники передавали деньги, в том числе, за возвращение бойца. Но нет ни одной истории, когда они получили что-то взамен.