"Боец пропал, часть бездействует. Прошло уже четыре месяца, а новостей нет" - очень распространенная жалоба от семей.

К сожалению, реалии таковы, что новостей может не появиться ни через четыре месяца, ни через шесть, ни через годы.

Даже если известен квадрат, где пропал боец, далеко не всегда до него возможно добраться. Как правило, это местность, где ведутся активные боевые действия, там невозможно развернуть полноценную поисковую операцию. Это даже если забыть о том факте, что у подразделений за лентой есть актуальные боевые задачи, которым уделяется большая доля внимания.

Родственники растеряны, большинство из них не представляют себе обстановку в зоне боевых действий, так что их понять можно.

Хотелось бы видеть более активную работу с семьями бойцов со стороны военных. Конечно, командирам "на земле" это может быть проблематично, но у нас в стране очень разветвленная сеть военкоматов. Возможно, если бы их сотрудники проявляли большее участие к родственникам участников СВО, тратили больше времени на информационную работу с ними, у тех было бы меньше претензий к командованию.