Начальник ГУФСИН по Красноярскому краю Антон Ефаркин во вторник 18 мая дал большое интервью радиостанции «Красноярск Главный». Мы послушали, впечатлились, расшифровали самое интересное и сопроводили комментариями-ремарками.
💬 «Ефаркин: Чтобы было понимание, один осужденный обходится государству в 86 тысяч рублей. Это большие деньги.
Ведущий Сергей Васильев: 86-ть рублей - это в год?
Ефаркин: Тысяч! Это в месяц! Это на питание, на медицинское обеспечение, на образование, на охрану и на другие вопросы».
Интересно, что чуть раньше, 2 апреля на пресс-конференции Антон Ефаркин сообщил, что «содержание одного осужденного обходится государству в среднем в 83 тысячи рублей в месяц». То есть за полтора месяца сумма увеличилась на 3 тысячи рублей? И главное, чтобы было понимание, вообще-то осужденные содержат себя сами.
💬 «Ефаркин: Колония – это в принципе, как государство. У нас есть своя государственная граница, например. За последний год мы произвели продукции на 3 миллиарда 600 миллиона рублей. Например, самая крупная швейная фабрика в Красноярском крае находится именно у нас, в ИК-22, там 600 женщин работают на фабрике. Все деньги, которые зарабатывает колония, она тратит на свои нужды, в том числе на благоустройство осужденных. Средняя зарплата заключенного у нас 24 тысяч рублей в месяц.
Ведущий: А им как-то на счет это падает? Или может, они на руки зарплату получают?
Ефаркин: Нет, в колонии деньги – это запрещенный предмет. Средства находятся на закрытом лицевом счете, часть вычитается, если у заключенного есть обязательства, например, алименты, штрафы, иски, это всё удерживается, и понятно, за питание, за обмундирование с него тоже вычитается. Есть определенный процент, который мы все-таки не можем удержать из денежных средств осужденного».
По закону ФСИН имеет право системно удерживать 75% средств, поступающих на счета заключенных. И, конечно, пользуется этим правом.
📝 Как, например, рассказывает в своем новом, майском письме политзаключенная Нина Слободчикова (осуждена на 12 лет по ст. 275 «Госизмена» за то, что перевела 5 тыс. руб. на карту, принадлежащую гражданке Украину, отбывает наказание в ИК-9 Новосибирска), 75% процентов из суммы, которая ей поступает на счет в колонии, снимается за выданную одежду:
«Так в моей жизни развеялся миф, что зэки — нахлебники государства. В декабре задолженность за одежду была 14 тысяч рублей, в апреле — 24 тысячи рублей. Никогда не думала, что сидеть на зоне — это так дорого. Поэтому передайте, пожалуйста, мои бесконечные благодарности всем, кто мне помогает!»
Заканчивая финансовую тему, генерал-лейтенант Ефаркин сообщил, что заключенные, находящиеся в местах лишения свободы Красноярского края, должны государству 5 миллиардов 400 миллионов рублей.
Комментарий Ольги Романовой, «Русь Сидящая»: «А больше ничего они не должны?!»
▪️Что известно про Антона Ефаркина.
Ему 45 лет. Он из Минусинска. Больше 22-х лет проработал в оперативных подразделениях – и в колониях, и в главном управлении. В 2024 году возглавил красноярское ГУФСИН.
💬 «Ефаркин: Система за последние годы сильно поменялась. Она прежде всего стала исправительной. Мы максимально приблизились к исправлению человека! Через начальника отряда и другие службы мы помогаем человеку избавиться от вредных привычек, например, убрать татуировки. Мы глубоко работаем непосредственно с каждым человеком!»
Именно оперативники в российских колониях отвечают – среди прочего – за организацию систематических пыток. Так, политзаключенного Азата Мифтахова пытали непосредственно в оперотделе ИК-18 «Полярная сова» в Харпе, о чем стало известно в начале мая. Из последних сообщений о пытках, в которых участвуют оперативники, – письмо из СИЗО-1 Иркутска от Андрея Падалки, ветеринарного врача, которого обвиняют в «госизмене».
Поэтому, в целом, несложно представить, что оперативник с 22-летним стажем Антон Ефаркин имеет в виду под «исправлением» и «глубокой работой с каждым человеком».
📸 На фото - Антон Ефаркин в своем кабинете.